Гномы дали нам чистую одежду. Феникс перевязали и уложили спать, а меня сразу повели за стол. Вернувшиеся из разведки воины жадно ели мясо, картошку, колбасу и запивали все пивом собственного приготовления. Я ел и пил с ними наравне, чем немало удивил хозяев.
Утолив голод и поделившись друг с другом свежими байками, гномы затянули балладу. Она чем-то отдаленно напоминала старые русские и украинские песни. Такая же долгая, заунывная и грустная. Заслушавшись, я и сам загрустил, жаль только слов не понимал. Гномы не любили, когда чужаки знают их язык, зато сами отлично разговаривали по-русски.
Я хотел пойти в комнату, которую нам выделили, и немного поспать, но в столовую зашел Дарен, один из немногих гномов, которых я знал, и позвал меня.
– Игорь, там по твою душу пришли, – сказал он и бросил празднующим гномам короткую фразу.
Веселье мгновенно прекратилось. Гномы нахмурились, встали из-за стола и потянулись за оружием, висевшим на стене. Я проверил кобуру с пистолетом и вышел за Дареном. Он повел меня к входу, где уже стояло несколько вооруженных гномов и один седой старик с посохом.
– Стой за стеной и слушай, – коротко сказал мне седой гном. – Сам не выходи, даже если начнется стрельба.
Я кивнул и остался стоять вместе с Дареном, а остальные гномы вышли наружу.
– Вы не очень торопились, – раздался раздраженный голос ведьмы.
– Будь моя воля, ты бы тут до вечера стояла! – запальчиво крикнул кто-то из гномов.
– Спокойно, – негромко произнес седой гном. – Я уже стар, пока проснулся, пока доковылял. Что поделать? Кости ноют, ноги болят так, что сил нет терпеть. Пора уже к праотцам, да разве ж этих темнобородых[74] оставишь?
– Ближе к делу! Отдайте нам его!
– Кого это?
– Вы знаете кого! Выдайте нам человека из Ордена!
– Хех. А я думал, врут люди.
– Что врут?
– Что тупые вы, как ржавые топоры. Неужто на самом деле на Орден замахнулись?
– Не твое дело!
– Как это не мое, если от нас требуете нашего союзника выдать? Гостя, которому мы кров дали? В своем ли вы уме?
– Сейчас не время для ваших бредней, – прошипела ведьма. – Выдай мне людей из Ордена, или…
– Вот, значит, как? Да после угроз я тебе объедков с собачьего стола не дам!
– Стоять!
Резко защелкали предохранители.
– Не стоит, – негромко проговорил седой гном. – Ребята у меня молодые, горячие. Сначала стреляют, а потом думают.
– Пусть только попробуют! Или вы уже забыли о посмертных проклятьях? Я могу и сейчас проклясть всех вас, а вы и не заметите. Пока поздно не станет!
Жаль, я не мог посмотреть на ведьму. Готов поспорить, что реакция флегматичных гномов быстро сбила её спесь. Они просто молчали и смотрели на неё.
– Вы мне не верите?
– Верим. Но что с того? Хочешь бросить нам вызов – давай. Мы уже соскучились по хорошей драке. Подземные взрывы, срубленные головы, разоренные жилища. Сколько, ты говоришь, твои проклятья действуют?
– Я вам этого не забуду.
– А ты записывай, – посоветовал ей старый гном. – Склероз – он штука коварная. Записанное слово надежно. Я вот лично как вернусь, запишу все сказанное тобой и пошлю письмом в Орден и Верховной ведьме. Думаю, им будет интересно прочитать.
На это ведьма ничего не ответила. Развернулась и ушла. Гномы зашли обратно и заперли дверь.
– Удвоить караулы, – спокойным властным тоном произнес седой гном. – Дарен и Игорь, пошли со мной.
Жилище старейшины находилось в центре форпоста, прямо над «центральной площадью». К нему вела узкая и крутая лестница, а дверь по своей прочности не уступала массивной двери на входе в пост гномов.
На первый взгляд, особой роскоши там не было. Всего лишь старые советские ковры на полу и стенах, мягкие кресла, деревянные стол и стулья. Вот только вся остальная мебель в этом поселении гномов сделана из камня. Даже кровати были просто каменными топчанами, накрытыми матрасами.
– Садись, Игорь.
Старейшина показал мне на стол и сам сел за него. Потом достал из кожаного мешочка вырезанные из костей и уже пожелтевшие от времени руны.
– Ведьмы забылись. Впали в гордыню. Не надо спрашивать руны, чтобы понять, что им недолго осталось. Их всех ждет печальный конец.
Седой гном говорил спокойно и неторопливо, словно рассуждал вслух. Дарен молча стоял рядом, и я тоже решил молчать, пока не спросят.
– Требовать с нас выдачи гостя! Это ж надо додуматься…
Старейшина встряхнул в руке кости и бросил их на стол. Всмотрелся в них и потемнел.