Как сказала Кэрри, все стремительно движется к финалу. Звезды заняли свои места, шестерни пришли в движение, или как там это говорится? Основной целью их путешествия по этому маршруту было предотвращение некоей туманной катастрофы, которая ждала их впереди. Хотя Кирк по-своему прав: никакого плана у него нет. А вот достичь результат под охраной вооруженных бойцов будет гораздо легче.
А что там насчет приказа стрелять на поражение?
Что там насчет его отца?
В походе ему и Кэрри придется подружиться с этими ребятами и посвятить их во все детали. На поле боя все выглядит не так, как в штабе, и Брайан был уверен, что их охрана привыкла действовать в соответствии с обстоятельствами, а не тупо выполнять приказы от и до. Но если это не так, то они с Кэрри всегда смогут повернуть назад, в зависимости от собственного понимания создавшейся ситуации.
Но сейчас Брайан чувствовал себя спокойнее в компании наемников.
– И вот еще что, – сказал Кирк, – мне кажется, что этим тварям нравятся стихи. То есть… не настоящие стихи. Скорее рифмованные строчки. Как детские стишки. Не знаю, каким образом это может вам пригодиться, но информация никогда не бывает лишней, правда?
– Это точно, – согласился Брайан.
В какой-то момент повелительные нотки в голосе Кирка исчезли, и теперь он был совсем усталым и слабым.
– Я бы сказал «ни пуха ни пера», но пух и перья от вас вполне могут полететь. Так что смотрите там…
– Постараемся, – ответил Брайан, выключил телефон и вернул его командиру. На нагрудном кармане камуфляжной куртки было вышито имя «Тодд».
– И что же, в конце концов, здесь происходит? – поинтересовалась Кэрри.
– Кирк Стюарт нанял этих ребят, чтобы они нас сопровождали. На случай непредвиденных обстоятельств. – Больше Брайан не стал ничего объяснять.
– Мне это совсем не нравится, – прошептала она ему на ухо.
– Это пройдет, как только мы вас спасем, – откликнулся один из услышавших ее мужчин.
– Думаю, нам пора трогаться, – сказал Брайан.
Тодд коротко кивнул.
– Все слышали, ребята? Выдвигаемся!
Глава 30
«По дороге, вымощенной желтым кирпичом».
У всех у них появилась эта мысль, но только Кэрри решилась произнести ее вслух. И Брайан улыбнулся ей, хотя ему было совсем не до улыбок. Они стояли в центре затененной прогалины и смотрели туда, где грунтовая тропа, по которой они шли, превращалась в дорогу, вымощенную настоящим золотом. Это доказывало, что путь выбран правильно, однако Брайан впервые почувствовал желание развернуться и бежать домой – и никогда не возвращаться в здешние места, даже не думать об этом. Никогда еще ему не было так страшно, и он не мог понять, что за безумная гордыня привела его сюда. То, что здесь жило, было старым, таким же старым, как, возможно, секвойи [119], мимо которых они шли, или скалы, обрамлявшие каньоны, через которые они пробирались, поэтому он испытывал не только неуверенность, но и страх.
Теперь Брайан понимал, что его сон был пророческим, и хотя сейчас по сторонам дороги он не видел ни Бейкерсфилда, ни Лос-Анджелеса, как было во сне, он хорошо понимал его символичность. Речь шла о его прошлом и будущем. Только сон этот относился не совсем к нему, и тропа между прошлым и будущим была связана с потомками людей и монстров. Это они оказались зажаты между двумя мирами – и никак не могли примириться с этим.
Наемники, набранные Кирком Стюартом, без сомнения, были людьми бывалыми, но и их потрясла эта золотая тропа, и некоторые из них наклонялись и дотрагивались до кирпичей пальцами, дабы убедиться, что те настоящие. Брайан с Кэрри сделали то же самое, и прохлада металла заставила быстрее забиться пульс журналиста. Золотые кирпичи и обыденность их использования – вымощенная ими дорога – делали все окружающее еще более ужасным.
Даже странный путь, которым они добрались сюда, не вызвал у Брайана того страха, что само место, куда они пришли, хотя в пути тоже было от чего прийти в ужас. Большую часть двухчасового пути они шли по извилистой тропе, которая привела их на вершину высокого горного хребта. По дороге им попадались скалы, украшенные «пиктограммами коренных жителей Америки», как о них писали в туристическом путеводителе. Их было гораздо больше, чем могло показаться на первый взгляд – в одном месте по обеим сторонам тропы выстроились крупные валуны, которые оказались буквально испещрены этими незнакомыми надписями, – и Брайан не мог избавиться от мысли, что это были специальные указательные знаки, размещенные здесь для тех, кто собрался совершить это путешествие. Даже Тодд и его люди обратили внимание на необычность этих едва заметных иероглифов и молчали, проходя мимо вырезанных в камне посланий.