На вершине горного хребта от основной тропы отделялись небольшие малозаметные тропинки, но люди продолжали идти вперед, пока Кэрри не заметила глинобитную хижину, к которой вела одна из таких тропинок. Хижина была почти полностью скрыта от глаз незнакомыми деревьями, и только зоркие глаза девушки и вовремя упавший солнечный луч позволили ей заметить это строение.
Тодд обнажил оружие и встал во главе их маленькой группы, и Брайан и Кэрри оказались окружены наемниками, как первые лица государства – агентами секретной службы. В хижине была небольшая дверь и никаких окон. Они крикнули несколько раз, но не получили ответа. Тогда Тодд и Рауль, его первый помощник, стали по бокам от входа, а потом с оружием наготове ворвались внутрь.
– Все чисто! – сообщил Тодд через несколько мгновений.
Хотя хижина выглядела не слишком вместительной, все они легко вошли туда. В единственном помещении не оказалось мебели, пол был земляной, а стены ничем не украшены. Только изорванный и измятый кусок кожи в одном из углов говорил о том, что они не единственные посетители этой хижины.
Почувствовав приступ клаустрофобии, Кэрри вышла на воздух. Брайан вышел вслед за ней – и вот уже вокруг них раскинулась совсем другая панорама. Деревья исчезли, так же как и узкая тропинка, которая шла от главной тропы. Даже горный хребет исчез – теперь они находились в самом центре каньона шириной в несколько миль и стояли на поляне среди высохшей травы, которая доходила им до пояса. От двери хижины к выходу из каньона вела тропинка, но она, казалось, не пересекалась ни с какими другими, и Брайан с ужасом понял, что она существует только для того, чтобы довести их до вполне конкретного места.
– Тодд! – крикнул он. – Давайте-ка выбирайтесь на свет божий!
После этого они шли только по этой тропинке, которая вывела их из каньона, провела по нескольким холмам и по бесконечным, вечно меняющимся лесам, пока они не достигли того самого места, где сейчас стояли.
Начало золотой тропы.
Следуйте по дороге, вымощенной желтым кирпичом…
– Вы хоть представляете себе, сколько это все может стоить? – спросил Рауль, показывая на извилистую тропу, которая лежала перед ними. – Миллионы! Всего один кирпич, и можно не беспокоиться о будущем.
– Позже, – произнес Тодд, – сначала надо выполнить работу.
Услышав эти слова, Кэрри посмотрела на Брайана, но тот не ответил на ее взгляд. Они шли уже четыре часа, если верить его часам, и у них было достаточно времени на разговоры. Они с Кэрри и «команда» – так Тодд называл своих людей – обсудили, казалось бы, все, что было возможно. Брайан не стал от них ничего скрывать, да и какая от этого польза? Он не знал наверняка, но все-таки верил, что они достаточно хорошо познакомились друг с другом и что теперь наемники знают его значительно лучше, чем Кирка, который хоть и оплачивал счета, но существовал для них просто как слабый голос в телефонной трубке. Так что Брайан полагал, что они не станут разносить на атомы хозяйского отца, едва увидев его.
Более того, он на это очень надеялся.
Золотая тропа шла между деревьями самых экзотических форм и невероятной пышности, и это почему-то напомнило Брайану детскую игру «Кэндиленд» [120].
Где, черт возьми, они находятся?
И смогут ли выбраться отсюда?
Эти вопросы задавали себе все участники экспедиции, после того как покинули хижину. Правда, ни один из них не мог предложить вразумительный ответ. С того момента, как они ступили на золотые кирпичи, Брайан чувствовал лишь неодолимый ужас, и у него было мерзкое ощущение, что вопрос, как возвращаться, был сейчас для них не самым главным.
Солнце садилось за горами у них за спиной, и хотя небо все еще сохраняло голубовато-белый цвет с оттенком оранжевого, на тропу, по которой они шли, уже ложились тени. Именно этого Брайан боялся больше всего. Конечно, у всех у них были мощные ручные фонари, позволяющие легко разогнать любую темень, но ему совсем не улыбалось остаться здесь после захода солнца.
Он почему-то чувствовал, что ночь – это их время.
Но не сделал попытки повернуть назад; более того, что-то заставляло его спешить – и поскорее завершить поход, как если б это было условием успеха всей операции. А если б дело затягивалось, то это только продлило бы неизбежное.
– Смотрите, – сказала Кэрри, указывая куда-то рукой.
Брайан посмотрел в ту сторону и увидел Черную гору. Контур, который возвышался над вершинами деревьев, зазубренный силуэт на фоне темнеющего на востоке неба; Брайан сразу же понял, что это. Этот контур навсегда запечатлелся у него в мозгу, и каждый его изгиб и выход пласта породы были ему хорошо знакомы. Гора действительно была абсолютно черной, и даже садящееся солнце не освещало ее вершину.