– В то время были на земле исполины [53], – заметил Морган Джеймс, цитируя Библию, как будто это все объясняло.
Естественно, ничего это не объясняло, и они изо всех сил погоняли своих животных, стараясь как можно быстрее и как можно дальше отойти от этого кладбища.
Потом переселенцы оказались в Саду черепов. Это Маршалл так назвал это место и старался не произносить это название слишком громко. Сад этот они нашли вскоре после того, как прошли мимо сожженной индейской деревни.
– Это деревня чокто [54], – глубокомысленно сообщил Юрайя Колдвелл, но никто из них не знал, так это или нет. Зато они видели, что деревню практически стерли с лица земли – все постройки в ней были разрушены и даже поля вокруг нее выжжены.
А за деревней, пройдя мимо дубов, они натолкнулись на черепа.
День был мрачным и холодным, но даже если б было жарко, светило солнце, а в синем небе не виднелось ни облачка, то вид этих черепов все равно вызвал бы у Маршалла озноб.
Все черепа – сотни черепов – никак не могли принадлежать жителям одной сожженной деревни. Они были собраны в различные композиции на огороженном низким забором участке, по размеру напоминавшем фермерский огород. Не все – Маршалл сразу это заметил – были человеческими. Имелись и черепа животных, но были и еще чьи-то… непонятно чьи. Огромный череп, по размеру похожий на слоновий, служил подставкой для шести детских черепов, расположенных по кругу. Глазницы на этом черепе были узкие, а клыки – длиннее, чем пальцы у Маршалла. Под ним скрывался череп без ротового отверстия и с одной большой глазницей.
Все черепа были разложены так, что образовывали формы, напоминавшие ему цветы и растения. Именно поэтому Джеймсу и пришло в голову слово «сад», но было понятно, что черепа не выросли здесь сами по себе, а их отделили от скелета и принесли сюда, после чего сложили из них эти неестественные фигуры.
Но кто это сделал?
Или что это сделало?
И опять они быстро пошли прочь от этого места, но уже никто теперь не рассуждал о логических причинах или естественных объяснениях. Маршалл, а с ним еще несколько человек, включая Юрайю, готовы были признать, что в мире есть неведомые им вещи, что на этой новой земле они сталкиваются с явлениями, о которых ни один цивилизованный человек еще не слышал. А вот для религиозных фанатиков из их обоза это было доказательством того, что Господь вмешивается в их путешествие, являет им свои чудеса и карает эту грешную землю. Они без конца говорили об этом и старались склонить всех на свою сторону.
Это продолжалось до тех пор, пока Альф Томас не воздел руки к небу и не завопил: «Боже, если ты существуешь, пусть эти идиоты онемеют, чтобы я больше не слышал их голосов. Сделай… это… НЕМЕДЛЕННО!»
Когда ничего не произошло, Альф повернулся к Эмили Смит и ее группе фанатиков:
– Вот видите, или Он умер, или Его вообще не существует! Так что заткнитесь к чертовой матери!
Но они и не подумали заткнуться.
Маршалл старался держаться от всего этого подальше, как вел себя с самого начала путешествия. Подобно всем, он испытывал голод, усталость, разочарование и страх, но его поддерживали мысли о богатствах, ждавших его в Калифорнии, о золоте, которое лежит там прямо на земле и его можно собирать. Эта уверенность появилась у него после той, сократившейся до мгновения, ночи в хижине. Он навсегда запомнил цветы, которые увидел утром, и целую радугу соцветий, покрывавших всю равнину, насколько хватало глаз. Джеймс был уверен, что, несмотря на все предстоящие трудности, до Калифорнии он точно доберется.
С ними произошел еще один странный случай, настолько странный, что даже теперь Маршалл не знал, что об этом думать. Они ехали уже больше недели, ничего подозрительного вокруг не было, и в обозе наступило наконец какое-то равновесие, все расслабились, а разногласия, которые разводили их в разные стороны, вдруг исчезли. Они перевалили через Скалистые горы, и это историческое событие подняло всем настроение, сблизило их всех, и они стали терпимее относиться к тому, что их разделяло.
А потом переселенцы въехали в Темный лес.
Накануне они уже рассматривали эту местность с вершины пологого горного перевала. Оттуда она выглядела выжженной и покрытой шрамами, с проступающей повсюду коричневой землей, в то время как вокруг земля была зеленой и плодородной. Но, приблизившись к этой местности, они увидели дикий разросшийся лес и почву, гораздо более плодородную, чем все ранее виденное. Кусты, покрытые мелкими разноцветными цветами, напоминали фигуры животных и людей, а у травы с золотистыми стеблями, которая отказывалась склоняться под напором ветра, гулявшего здесь практически постоянно, были острые как бритва листья. Большинство деревьев выглядели выше, чем это можно было себе представить, а их листья и ветви тянулись к небу, полностью его закрывая, отчего внизу царил вечный сумрак. Встречались и тонкие невысокие деревья, которые стали такими, несомненно, из-за недостатка света.