– Может быть, и нет… – произнес Уилсон.
– …но настоящий репортер пройти мимо этого не может, – закончил за него мысль Брайан.
– Вот именно.
– И что же ты думаешь по этому поводу?
Уилсон откусил яблоко и какое-то время жевал в полном молчании.
– Вряд ли мне есть что сказать по этому поводу. – Тут он посмотрел на Брайана: – Но я открыт для дискуссий.
– Ну, начнем с того, что моя семья не богата.
– А была богата?
– По крайней мере, мне об этом не известно.
– Мне кажется, что мы столкнулись с калифорнийским феноменом, – сказал Уилсон, проглотив яблоко, – в результате действия которого абсолютно нормальные и вполне приличные люди неожиданно начинают совершать массовые убийства и совершают самоубийства. При этом делают они это особо зверским способом. Все это сопровождается необычно бурным ростом растений и в основном касается людей состоятельных. – Уилсон посмотрел на Брайана. – Хотя, может быть, не только состоятельных, – добавил он. – И последнее: это происходит время от времени на протяжении ста лет.
– Ну и куда эти измышления нас привели?
– Мне кажется, в яму с дерьмом и без лопаты. – Уилсон помолчал. – Но я верю, что количество таких происшествий увеличилось, что теперь все они происходят практически одновременно и во всем этом кроется какой-то смысл. Как будто чайник вот-вот закипит. Сейчас мы находимся в нужном месте в нужное время, и если б мы знали, что следует искать, если б у нас было чуть больше информации, то…
– То что?
– Не знаю. Может быть, удалось бы предотвратить новые убийства?
– А как ты думаешь, – спросил Брайан, помолчав, – это… уродство Стюарта – наверное, это можно так назвать – имеет ко всему этому какое-то отношение? Я же тебе про него рассказывал, да? Про волосы и эту скользкую кожу?
– Рассказывал, но я заметил, что в статье ты об этом не упомянул.
– Решил, что это момент второстепенный.
– Может быть.
Брайан молча взглянул на Уилсона.
– В такой ситуации ничего не знаешь наверняка, – пожал тот плечами. – Мне бы очень хотелось найти отца.
– А ты не думал обратиться в полицию, рассказать им все, что знаешь, объяснить, что он пропал?
– Он пропал двадцать лет назад. Да и что я о нем знаю? Только то, что рассказывала мне мать.
– Но у тебя есть письма.
– И я верю, что прислал их он. Но доказать этого не могу. – Брайан сделал глоток «Колы» и вздохнул. – Ну а дальше что? Ждать, пока кто-то еще умрет или нам пришлют голосовое послание или видеозапись?
– Как журналист, который пишет о финансах, я верю в один принцип: надо всегда следовать за деньгами. Это срабатывает практически во всем. А так как у всех в этой истории – может быть, за исключением твоего отца – деньги водились, то я предлагаю действовать в соответствии с этим принципом. Может быть, изучив их последние сделки и финансовую историю, мы выясним, что между ними общего. Сдается мне, мы найдем там такие вещи, о которых сейчас даже не подозреваем.
– Неплохая идея, – согласился Брайан.
– Благодарю.
Молодой журналист сделал из упаковки буррито подобие бумажного мячика и бросил его в мусорный ящик. Промахнулся на целый фут и уже собирался повторить попытку, но в этот момент у него зазвонил мобильный.
Звонила Джиллиан. Его сестра-болтушка была непривычно косноязычна, и у Брайана душа ушла в пятки.
– Мама? – быстро спросил он. – Что с ней?
– Нет, – ответила Джиллиан, после чего последовала длинная пауза – Брайану даже показалось, что они разъединились.
– Алло? – сказал он в трубку. – Ты здесь, Джил?
– Я только что говорила с полицией, – ответила она наконец. – Они сравнили отпечатки, которые нашли в церкви. Отца Чарльза убил не Стюарт. Его убил наш отец.
Брайан уже почти привык к этим дальним поездкам.
Он поехал по Грейпвайн [72] и остановился в Гораме, чтобы выпить кофе в «Макдоналдсе», прежде чем свернуть на шоссе, ведущее в Сентрал-Вэлли. Уилсон предложил поехать вместе с ним, но Брайан не очень-то жаждал компании. Это было личное, и он не хотел ни с кем это делить.
За окнами машины пролетали городки, брошенные здания, стоянки для трейлеров, фруктовые сады. За последнюю неделю Хоуэлс ездил здесь больше, чем за предыдущие десять лет, и начал уже узнавать некоторые ориентиры на этом узком отрезке шоссе.
72
Так в Сан-Франциско называют федеральное шоссе № 5, которое идет от границы с Мексикой и до штата Орегон.