Так что же отличает нас от зверей? Если судить философски — СТЫД за проявления низшего, животного в своем естестве; СОСТРАДАНИЕ по отношению к равным себе; ПРЕКЛОНЕНИЕ перед Высшим.
Но вот люди, выводящие свое происхождение не от созданного Богом Адама, а от дарвиновской обезьяны, устремились к свободе, равенству и братству… со зверьем. Какой там СТЫД? На аккуратных газончиках Запада вполне открыто спариваются двуногие особи. Они не стыдятся людей и не боятся Отца Небесного. Они Его не помнят. Зато в конце 60-х им объяснили, что «матерью нашего мира» является некая Маргарет Мид. (Так ее назвал в разгар «сексуальной революции» популярный журнал «Тайм».) Не слышали про такую? Эта так называемый этнограф, не зная полинезийского языка и пробыв в 1926 году полтора месяца на одном из островов Самоа, приписала местному населению столь необузданные свои сексуальные фантазии, что книги ее пошли в Америке нарасхват. Нравы туземцев, конечно, не имели с ее якобы научными опусами ничего общего, однако дерзкая рука молодой американки один из покровов стыда сдернула.
«Половая распущенность? — переспрашивает Н. профессора Кондратьева. — Это нормально. Живи в свое удовольствие».
А у многих ли осталась способность СОСТРАДАТЬ? Профессор-психиатр обращается к левиафановцу: «И вы никогда не испытывали сострадания к своим жертвам?»
«Левиафан», чудище морское, с некоторым недоумением отвечает: «Среди моих знакомых таких не было».
Сатанисты открыто демонстрируют теоретический постулат идеолога либерального общества Фридриха фон Хайека о том, что человечество для своего дальнейшего развития должно отказаться от ряда врожденных качеств. В первую очередь — сострадания. Homo homini lupus — человек человеку — волк.
Нечто подобное проповедовал еще английский философ XVII века Гоббс, автор знаменитого трактата «Левиафан»: «Хотя блага этой жизни могут быть увеличены благодаря взаимной помощи, они достигаются гораздо успешнее, подавляя других, чем объединяясь с ними». Футуролог Алвин Тюффлер все о том же: «…образование должно помочь людям смириться с отсутствием глубокой дружбы, принять одиночество и недоверие…»
Сострадания нет. ПРЕКЛОНЕНИЯ перед Высшим — тоже. Помните святотатство в день праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы? Некий Тер-Оганьян публично осквернял и предлагал другим — за деньги — осквернить православные иконы на выставке в Манеже. Потом этот «художник» отказывался от своей причастности к сатанизму. Возможно, он ее и не осознает. Однако сами кощунства выдают почерк его «куратора». «Продвинутые» сатанисты прекрасно чувствуют подоплеку святотатства.
Н., собеседник профессора Кондратьева, поясняет: «Я совершил кражу и осквернение икон в большой православный праздник. Сделал это, когда все ушли на крестный ход. И нагадил на накрытом столе. Это был мой праздник.
Смысл осквернения икон — уничтожить жалость и все человеческое, что во мне осталось»{118}.
Сатанисты — наиболее открытое проявление того, к чему уже пришел весь безбожный Запад. Более того, этот мир вполне прагматично программирует в себе диавольские изменения. «Человек есть то, что надо преодолеть», — сказал Ницше. И преодолел, лишившись человеческого разума.
В 1974 году Стэнфордский университет в США провел исследование «Изменение образа человека». В нем предрекалось, что христианские идентификационные символы будут заменены новым образом человека, и люди начнут идентифицировать себя с животными, тотемами, увлекутся примитивными восточными религиями… Что ж, наевшийся ядовитых грибов Карлос Кастанеда и увидел себя то ли пантерой, то ли гепардом. Понял, что это его тотем, и написал про столь важное открытие всему человечеству. Кастанеду «раскрутили» в соответствии с планами названного выше проекта. Тиражи его книг стали расти, как мухоморы.
Тотем гомосексуалистов — клоп. Ссылаясь именно на этих насекомых, пособия секспросвета доказывают нормальность однополой «любви». На голубой теме, кстати, в середине XX века «раскрутили» Альфреда Кинзи. Этот специалист по бабочкам увлекся мальчиками и садизмом, а затем поразил все общество невесть откуда взявшейся статистикой: 95 процентов мужчин-американцев оказались, согласно его опросам, извращенцами. Это уже потом внимательные исследователи обратят внимание: обследовал Кинзи осужденных за половые преступления и других подобных им типов. Но дело было сделано. Как и в случае с Маргарет Мид, псевдонаучное вранье Кинзи сыграло свою роль в целенаправленном оскотинивании социума. В США было либерализовано уголовное право[231]. Американская психиатрическая ассоциация вычеркнула садизм и педофилию из своего реестра сексуальных расстройств. Понятие «извращение» вообще выпало из лексикона психиатров. Извращение стало считаться нормой, ведь, согласно липовой статистике, «все так делают».
231
Хотя затем оказалось, что человек еще недостаточно «изменен», и законодателями был дан «обратный ход». Об этом свидетельствует и недавний скандал в Америке с растлением малолетних католическими священниками, когда были выявлены сотни их жертв.