«Обратим еще внимание на учение Св. Отцов Церкви, посмотрим, как они учат. Неужели они повелевают светским людям в делах веры, без непосредственного рассмотрения, во всем полагаться на духовных, следовать за ними без рассуждения и всегда во всем слушаться их? Такое учение и приказание могло выйти не от христианских, но только от жидовских учителей раввина и рабасы, которые, написавши в Талмуде бесчисленное множество глупых, скверных и противных письменному и устному закону Божию выдумок и нелепостей, приказали своим жидам верить всему этому под угрозой проклятия. А чтобы жиды не смогли понять своего заблуждения, эти учителя и в заключение Талмуда положили между прочим такое правило: пусть никто из простых жидов не смеет вступать в обсуждение и исследование таких трудных вещей… Но христианские учители учат согласно с Апостолами, и хотя вполне признают власть пастырей над овцами, но и назначают ей известные границы (Ириней, кн. IV, 43). Они повелевают слушать пастырей церковных, получивших власть по преемству от Апостолов, но только тех, которые по воле Бога Отца, получив дарование проповедовать Правду, передают ее слушателям, но не тех, которые по вступлении на кафедру сеют ложь. По учению Св. Отцов повелевается верить пастырям, но только дотоле, пока они согласны с истинным учением божественного Писания. Тот, кто не хочет заблуждаться и погибнуть навсегда, должен слушаться духовных властей, но только тогда, когда они поучают божественной истине, не должен смотреть на пустые титулы, но на то — истинно ли и православно ли учение»[251].
…Свою книгу «Пятый Ангел вострубил» мы закончили просьбой помолиться о заблудших — о тех, кто входит в российские ложи. Слава Богу, с тех пор более десяти человек оставили масонство. Те же, кто по-прежнему намерен ходить в два храма, должны помнить: древнюю традицию отлучения от церкви, памятную нам еще по делу жидовстующих, никто не отменял. И после увещеваний анафематствование нередко становилось последней, «хирургической» формой духовного врачевания ереси. Так это было и со Львом Толстым{122}.
В последний раз, кстати, анафематствование произошло в 1994 году, когда в своем Определении Архиерейский собор РПЦ писал: «В расчете на неискушенных в духовной жизни и вопросах веры наших современников проповедники лжеучений упоминают всуе имя Господа нашего Иисуса Христа, Пресвятой Богородицы и многих святых, в особенности преподобного Сергия Радонежского и святого праведного Иоанна Кронштадтского, что является кощунством и лжесвидетельством».
Отлучение 1994 года коснулось, в частности, последователей знаменитого масона розенкрейцеровского градуса Николая Рериха. Сказанные тогда в их адрес слова сейчас необходимо напомнить и столь почитающим Рерихов «детям вдовы»: «Люди, ранее крещенные в Православной Церкви, но затем начавшие проповедовать и разделять теософские взгляды, как отлученные от Церкви, не могут прибегать к спасительной благодати церковных таинств. Если они не принесут покаяния и не обратятся к искреннему исповеданию всецелого и неповрежденного православного учения, они не допускаются к Причастию, они не могут быть восприемниками (крестными) при крещении, не могут быть поминаемы в церковных молитвах, а также лишаются церковного погребения и отпевания. Переступить порог православного храма такие люди могут, лишь если они пришли для покаяния. Если даже такие люди сами считают себя христианами и дерзают приступать ко Святому Причащению — благодать Христова не освятит их сердца, но послужит им во осуждение. Поминать имена этих людей на литургии как за здравие, так и за упокоение их душ невозможно» [72]. Да, ведь есть не только дух времени, но и дух вечности.
Услышать стук зла. Послесловие философа
В далекой молодости, где-то в шестидесятых, от одного друга я услышал нечто меня поразившее. Оказывается, в мире давно существует тайный заговор, реально приводимый в исполнение и направляющий ход событий в сторону, желательную для заговорщиков и очень нежелательную для остального людского рода. Друг говорил об этом так категорично и приводил так много фактов, что я просто ничего не мог возразить, и мое сознание раздвоилось. Я всегда любил историю, в детстве слушал рассказы дедушки о Древнем Риме, в юности читал и перечитывал доставшийся мне в наследство от дяди двухтомник Лависса Рамбо, потом купил четырехтомник Ключевского, который стал моей настольной книгой, и у меня выработались определенные представления о движущих причинах исторического процесса. Я не сомневался в наличии объективных законов социального развития, хотя и действующих через людей, но в силу своей статистической природы от них как бы не зависящих. А тут утверждалось как раз обратное: это развитие зависит от людей, притом составляющих ничтожное меньшинство. Под давлением фактов я должен был допустить реальность преемственного, древнего заговора, но в этом допущении все же было нечто сильно меня смущавшее, поэтому я так окончательно его и не принял.