Удивительное дело: в наши дни, как и в том, 1905 году, в психиатрических лечебницах что-то изменилось. Тематика бреда пациентов начала меняться. Еще недавно здесь рассказывали в основном о вездесущих агентах КГБ. О том, как они лучами своих психотронных генераторов «проникают прямо в мозг». В воспаленном сознании проносились летающие тарелки. Роботы-пришельцы без стука входили в квартиры. Демонический мир, открывшийся тем, кого ныне принято называть сумасшедшими, старательно рядился в технотронные одежды своего века. И вдруг они оказались сброшенными. Из-под скафандра «пришельца» появились копыта и хвост. Антенны «гуманоидов» оказались рожками. Пациентов начали подстерегать демоны, ведьмы, русалки. А иногда, в клубах серного дыма, для общения с этими несчастными снисходил сам «властитель тьмы», именуемый «зверем 666». Психиатры вновь в растерянности: налицо архаизация бреда. Этот вывод подтверждают, в частности, работы профессора Ф.В. Кондратьева. Иллюстрируются они многочисленными примерами из практики Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии имени В.П. Сербского.
Что все это значит? Допустим, душевнобольные действительно наиболее чутко улавливают зловредные идеи, которые «носятся в воздухе»… Значит, в контакт с демоническим миром вступают все более широкие слои населения?!
За кровавой прелюдией 1905 года последовала социальная революция 17-го. Но чего нам ждать теперь? Революции оккультной?
Ее «энтузиасты» проявляют себя все чаще. И все более диавольским образом. Некоторые беседы с пациентами, заснятые московскими психиатрами, смотрятся как фрагменты фильмов ужасов.
В наши дни стала очевидной живучесть преступлений на мистической почве. Сотни и тысячи безумцев возжелали совершить обезьяний скачок — от собственного ничтожества к сверхчеловеческому состоянию. Им хочется сразу. Им нужна революция — внутри себя. Большинство из тех, кого удается задержать, остаются безвестными. Они, как и М.‚ тихо томятся в психушках. Однако жуткое убийство на Пасху 1993 года «прогремело». Тогда, сразу после крестного хода, погибли трое насельников Оптиной пустыни. Найти убийцу не составило труда. И добиться его признания — тоже.
Николай Аверин и не думал запираться. Для него ритуальное заклание было «духовным подвигом». Он ощущал свое едва ли не мессианское предназначение. И охотно рассказывал о собственных переживаниях. Психиатры квалифицировали их как манихейский бред[130].
Посмотрим видеозаписи допросов. Итак, весна 1993 года. Калужская областная прокуратура.
Аверин уже давно слышал «голос». Тот перечислял его самые сокровенные грехи и заставлял головой биться о стену. Порой побуждал выброситься из окна. Упрекал в ничтожности и неспособности на Поступок. Аверин пытался читать Библию. Но сосредоточиться на Слове не мог. При упоминании Господа в голове начинал звучать жуткий мат[131].
Так лжеслово обмануло еще одного грешника. Бога он возненавидел всеми силами своей души. В одном из фантасмагорических снов несчастному привиделся меч, которым он сражался с Божией ратью. Наяву Аверин сделал себе такой же. И написал на клинке: «САТАНА. 666». Так он посвятил себя врагу рода человеческого{48}.
Аверин: «Сатана — это свет, жизнь и любовь. Это красота. Я понимал: если я не убью монахов, мы проиграем битву. Себя я относил к силам дьявола… Я осознал, что вся жизнь — война. А я — воин.
Бог, сатана… Эти понятия выше добра и зла. Есть только одно — борьба.
Все это — выше вашей компетенции. Здесь — дело не уголовное. Я хотел бы, чтобы меня судил сатанинский или христианский суд».
Поразительно: малообразованный человек, Аверин высказывает идею инквизиции и бессознательно цитирует суть давнишних ересей.
В устах этого невзрачного лысоватого субъекта слышится голос Мани, считавшего Бога и диавола двумя сторонами одного целого. Здесь узнаются и ереси катаров, чьи богопротивные речи вызвали жесточайшие религиозные войны. А порой звучит идея разрушительной вседозволенности из «Нового Закона» Кроули. Вот цитата из его «откровения» — сравните: «Сатана — не враг человеку: он — жизнь… любовь… свет».
130
По названию средневековой секты манихеев; помните, они утверждали: добро и зло — две стороны одного целого.
131
Характерная параллель. Когда Ленин конспектировал Гегеля, ему волей или неволей приходилось писать «Бог». Но рядом, на полях, он всегда выводил какое-нибудь гадкое слово. И ставил жирный восклицательный знак.