Было слышно, как сержанты по очереди подтверждают получение задачи. Взвод у них был очень «толстым», на Донбассе роты сплошь и рядом меньше, соответственно, «толстыми» были и отделения – тот же Дюбель, в прошлой жизни уволенный «по-плохому» капитан-вэвэшник из Тамбова, командует шестнадцатью бойцами.
с-с-С!
БУУМ!
На этот раз звук был иным, и земля вздрогнула отчётливее – в дело вступили гаубицы.
– Снайпер! На левый фланг звиздуй! Будешь овраг пасти! – Дюбель принялся готовить отделение к бою. – Пулемёт и эр-пэ-гэ – держитесь сзади, удаление пятьдесят метров! Зубастик – на подавление работаешь! По своим, млять, не попади! Вообще, вон туда сдвинься, на фланг!
с-с-С!
БУУМ!
– …ётчик, зря не работай – только по команде! Понял? И смотри, что сзади у тебя!
Гриша, перехвативший поудобнее трубу РПГ-7, кивнул.
с-с-С!
БУУМ!
Артиллерия явно нащупала цель и теперь вела беглый огонь.
– …льные – по команде выскакиваем и бежим наверх! Держать линию! В кучу не сбиваться! Куда попало не стрелять! Длинными очередями не лупить! Кто будет тормозить – ногу прострелю, нах!
Дюбель, сам не имеющий боевого опыта и отрабатывающий первую командировку, явно нервничал, пытаясь скрыть это напускной уверенностью. Морлок мысленно вздохнул – у него самого командовать отделением наверняка получилось бы лучше, ну да что поделать, раз командованию не приглянулся…
Таинственный Днестр прислал ещё несколько тяжеловесных «гостинцев» и замолк. Ещё через несколько секунд, в рации зазвучал голос Рябчика:
Второй взвод – вперёд!
– Вперёд, вперёд! – Дюбель, продублировав команду, чуть задержался, проконтролировав, чтобы всё вылезли наверх. – Все вперёд! Пулемёт – работай! Москва – рядом держись!
В обычной обстановке Гриша не преминул бы в очередной раз навлечь командирское неудовольствие, заметив, что позывной у него «Морлок», а не «Москва», но сейчас время для этого было явно неудачным, так что он просто кивнул и побежал по склону вслед за остальными. Позади остались только Зубастик с ПКМ82 и его второй номер – Абрикос.
Позиция духов на вершине холма представляла собой земляной вал в половину человеческого роста, сделанный, скорее всего, бульдозером. За валом были какие-то окопы, щели и даже, наверное, блиндажи, а в нём самом прорезаны бойницы, но сейчас всё это затянуло постепенно уползающее в сторону облако пыли, прорезаемое с трёх сторон влетающими в него трассерами. Гриша мимоходом подивился, неужели люди не в курсе, насколько трассера загаживают ствол, но тут все наддали, и ему резко стало не до отвлечённых размышлений – из всего личного состава отделения больше, чем на гранатомётчика, было навьючено только на пулемётный расчёт, счастливо оставшийся позади.
Основная цепь бежала в десяти метрах впереди, на ходу постреливая короткими очередями – практической пользы от этого, разумеется, было где-то в районе нуля, но, по крайней мере, самих стрелков процесс подбадривал и помогал бежать дальше. Откуда-то сзади-справа размеренно бил пулемёт – судя по удаляющемуся звуку, Зубастик не рвался вслед за наступающими, предпочитая работать с выбранной позиции. Пожалуй, правильно – триста метров для ПКМ это не критичное расстояние, ни к чему тратить время на перебежки – в конце концов, задача стоит вести подавляющий огонь, и с этим расчёт справляется.
Ветер сдул поднятую разрывами тучу пыли в сторону, открывая увенчанную валом вершину. Противника заметно не было, но по видимой мишени в любом случае стрелять куда интереснее, так что скорость движения немедленно упала (целиться, несясь сломя голову, неудобно), а вал покрылся маленькими светлыми облачками.
– Шире шаг! – падение темпа не осталось незамеченным. – Вперёд-вперёд!
Взмыленные, хрипящие, как загнанные лошади, подчинённые Рябчика ворвались на укреп с трёх сторон почти одновременно, и даже умудрились не перестрелять друг друга (чего Гриша, вообще-то, всерьёз опасался). Духов наверху не оказалось, не считая одного сильно порванного осколками двухсотого, над которым уже гудела туча невесть откуда налетевших мух. Куда делись остальные, долго гадать не пришлось – наиболее внимательные как раз успели заметить, как добежавшая до уходящего на северо-запад вади четвёрка духов скрывается за краем обрывчика.
Отсутствие противника мало кого расстроило – бой выигран, высота взята, потерь нет, что ещё надо? Степенно поднявшийся чуть позже на холм Рябчик сообщил, что командование (наконец-то!) сочло задачу дня выполненной, так что можно располагаться на отдых, а воду, еду и БК подвезут чуть позже, когда сапёры поверят дорогу.