ПАРАГРАФ ВТОРОЙ
Об эмирах Курдакана
Выше было начертано пером повествования, что один из потомков Шайха Азраки по имени Хабил явился для завоевания крепости Дарзини. Его сын Кабил вступил с дочерью Кабила (?) в сожительство, и у нее появился сын. Стыдясь [содеянного], она не пожелала, чтобы о том узнал отец, и отослала своего сына в Курдакан. Эмиры Курдакана происходят от того мальчика и приходятся эмирам Дарзини двоюродными братьями.
У эмира Насира Курдакани с эмирами Дарзини шли постоянные споры из-за деревни Минар[770], расположенной между Дарзини и Курдаканом. Которая из этих двух сторон оказывалась сильнее, та и завладевала упомянутой деревней, /243/ пока Шах Кули-бек Дарзини не отправился к порогу султана Сулайман-хана и не получил августейшую грамоту, подтверждавшую, что деревня Минар относится к вилайету Дарзини.
Когда об этом прослышал Насир-бек, вспыхнуло в очаге его груди пламя гнева и возгорелся он жаждой мести. Без промедления с отрядом своих слуг отправился он, чтобы убить Шах Кули-бека в любом месте, где бы тот на пути из Стамбула ему ни попался. Так случилось, что в местечке Болу настиг он [Шах Кули-бека], который, уладив свои дела, возвращался [домой]. После встречи меж ними завязалось сражение. Вместе с несколькими составлявшими его свиту нукерами Шах Кули-бек был убит. Когда о происшедшем узнал мирлива[771] Болу, он собрал местную знать и население и напал на Насир-бека. Вместе с тридцатью из своих мулазимов [Насир-бек] был захвачен в плен. У подножия трона — прибежища халифата — доложили про истинное положение его дел, и вышел из обиталища величия [непререкаемый], как судьба, указ казнить Насир-бека и слуг [его]. С тридцатью соучастниками он был повешен на придорожных деревьях в назидание другим бунтовщикам. Стихотворение:
После казни отца пост эмира [племени] курдаки[772] был пожалован ему. Согласно преданию о пророке — да благословит его Аллах и да приветствует! — [где сказано]: “Любовь передается по наследству, как и ненависть”, он стал преданным другом Шамсаддина Катхуда Хазуи и Зайнал-бека ширави, а с сыном Думан-бека Мухаммад-беком Дарзини /244/ у него установились враждебные и неприязненные отношения. Как упоминалось выше, он был убит людьми сына Думан-бека Мухаммад-бека.
После убийства отца благодаря помощи и содействию Шамсаддина Катхуда Хазуи он [еще] в малолетнем возрасте заступил место отца. От Мухаммад-бека Дарзини он получил долгое время служившую предметом спора деревню Минар как цену крови отца и [его] нукеров. Благодаря посредничеству правителя Хазо и Зайнал-бека ширави отношения меж ними были налажены. Порешили на том, что Мухаммад-бек Дарзини прогонит со своего двора его старосту Махмуда Зраки, который был виноват в убийстве Мухаммад-бека. С согласия своих эмиров Мухаммад-бек изволил прогнать его со своего двора. Когда Махмуд прибыл в Бидлис, его нукеры, подговоренные Шамсаддином [Катхуда Хазуи], несколько дней спустя убили его и бежали в Хазо. Это разом успокоило Насир-бека, и был заключен мир.
Насир-бек, будучи еще малолетним, проводил время, как то присуще природе детей, в играх и забавах. Был у него один нукер Хасан — вроде шута и по прозвищу Чамбар. Он постоянно забавлял и потешал [Насир-бека]. И вот однажды под влиянием дьявольского наваждения, вообразив [себя] на охоте, он вонзил в грудь Насир-беку кинжал, так что конец кинжала Чамбара вышел наружу из позвоночника. Насир-бек тотчас упал и вручил душу ангелу смерти. Когда собравшиеся там люди из аширатов и племен увидели, что случилось, они [набросились на] Чамбара с пинками и пощечинами, содрали у него с головы кожу и лишили арфу /245/ его бытия мелодии жизни, препоручив попугая его души ворону смерти.
770
К концу XIX в. селение Минар составляли 50 домов. Упоминается в составе района Ширван в округе Сиирт (ibid., t. II, p. 609).
772
О. Л. Вильчевский усматривает в племени курдаки потомков ксенофонтовых кардухов, вошедших, по его мнению, с X в. в состав одного из крупнейших курдских племен и затем полностью ассимилировавшихся с последними (Вильчевский, стр. 72, 146).