Заслушав свидетелей, председатель Монтане снова подверг обвиняемую допросу, однако вопросов задал меньше, чем накануне:
Председатель: Кто вас подговорил совершить это убийство?
Корде: Его преступления.
Председатель: Что вы подразумеваете под его преступлениями?
Корде: Несчастья, причиной которых он был с самого начала революции.
Председатель: Кто внушил вам мысль совершить это убийство?
Корде: Никто, я сама решила убить его.
Председатель: Барбару знал о цели вашей поездки?
Корде: Нет, он только посоветовал мне не задерживаться в дороге.
Председатель: Кто вам сказал, что в Париже царит анархия?
Корде: Я это узнала из газет.
Председатель: Какие газеты вы читаете?
Корде: Перле, «Курье франсе» и «Курье универсель».
Председатель: А разве вы не читали газету, издававшуюся Горса, а также газету, известную в прошлом под названием «Французский патриот»?
Корде: Нет, я никогда их не видела.
Председатель: Но вы наверняка знакомы с такими газетами, как «Журналь дю пти Готье» {Journal du petit Gautier) и «Ами дю руа» {Ami du Roi)?
Корде: Да, я иногда читала такие газеты.
Председатель: Вы состояли в дружбе с депутатами, бежавшими в Кан?
Корде: Нет, но тем не менее я говорила со всеми.
Председатель: Чем они занимались?
Корде: Сочиняли песни и воззвания, призывавшие народ объединиться.
Председатель: Как они объяснили свое бегство в Кан?
Корде: Они сказали, что подверглись оскорблениям в собрании…
Председатель: Что они говорили о Робеспьере и Дантоне?
Корде: Они считают их вместе с Маратом подстрекателями, которые хотят развязать гражданскую войну.
Председатель: Вы явились в Конвент с намерением убить там Марата?
Корде: Нет.
Председатель: Кто дал вам адрес, написанный карандашом на бумажке, которую мы наши у вас в кармане?
Корде: Кучер фиакра.
Председатель: Разве вы не состоите в дружбе с некоторыми из бежавших депутатов?
Корде: Нет.
Председатель: Кто вам дал паспорт, с которым вы приехали в Париж?
Корде: Я выправила его три месяца назад.
Председатель: На что вы надеялись, решив убить Марата?
Корде: Установить мир в стране и в случае, если бы мне удалось избежать ареста, уехать в Англию.
Председатель: Давно ли вы приняли решение убить Марата?
Корде: После 31 мая, когда были арестованы народные депутаты…
Председатель: Разве вы не присутствовали на тайных совещаниях бежавших в Кан депутатов?
Корде: Нет
Председатель: Таким образом, про то, что Марат — анархист, вы прочитали в ваших газетах?
Корде: Да, я знала, что он развращал Францию. Я убила одного человека, чтобы спасти сто тысяч. А еще он скупал серебро: в Кане арестовали человека, который скупал для него серебро. Я стала республиканкой еще до революции и никогда не изменяла своим убеждениям.
Председатель: Что значит для вас не изменять своим убеждениям?
Корде: Это значит, презрев личные интересы, пожертвовать собой ради отечества.
Председатель: Прежде чем нанести удар Марату, вы, наверное, уже пробовали кого-нибудь убить?
Корде: О, чудовище! Он принимает меня за наемного убийцу![78]
Председатель: Однако сведущими людьми доказано, что вы нанесли удар сверху вниз, чтобы убить наверняка.
Корде: Я ударила так, как смогла. И случай помог мне…
Председатель: Кто посоветовал вам совершить это преступление?
Корде: В таком деле я бы никогда не стала слушать ничьих советов, я сама все задумала и осуществила.
Председатель: Но как мы можем поверить, что вам никто не давал советов, когда вы сами говорите, что считаете Марата источником всех бедствий, опустошающих Францию, Марата, который всю жизнь разоблачал предателей и заговорщиков?
Корде: Маратом восторгаются только в Париже. В других департаментах его считают чудовищем.
Председатель: Как вы можете называть Марата чудовищем, если он впустил вас исключительно из человеколюбия, потому что вы написали ему, что вы несчастны?
Корде: Неважно, что он поступил со мной по-человечески, по отношению к другим он был настоящим чудовищем.
Председатель: Вы считаете, что убили всех Маратов?
78
«Бюллетень Революционного трибунала» отмечает, что «здесь Корде проявила изрядное волнение».