– Конечно, это важно, – выпалил месье Лаваль. – Возможно, ты купил эскиз, но ты не заплатил за право воспроизвести его на ткани. Если хочешь, чтобы этот мотив пошел в производство, неужели ты считаешь, что она его не узнает и не удивится, откуда ты его взял?
Анри покачал головой. Он был полностью разбит.
– Конечно, вы правы. Я вынужден буду попросить ее разрешения.
– Надеюсь, она не потребует еще денег за право воспроизведения этого мотива, – добавил месье Лаваль.
Анри понимал, что старик желает ему лишь добра, но в то же время реально смотрит на сложившуюся ситуацию. Когда-то он сказал ему, что богатство не является единственной дорогой к счастью. Чистая совесть может стать залогом хорошей репутации и сытой жизни.
Ги так тяжело дышал, словно ему довелось бежать несколько миль.
– Мне надо поговорить с месье Лавалем. У меня есть для него интересные новости. Можно войти?
– Уже поздно, – ответил Анри. – Вероятно, он уже лег спать, а я занят.
Меньше всего ему хотелось слушать еще один рассказ о том, как плохо платят наемным рабочим.
– Пожалуйста, это важно, – настаивал Ги.
Месье Лаваль вышел к лестнице.
– Я собирался выпить на сон грядущий немного шоколада. Хотите присоединиться ко мне? Мариетта, нам хватит молока?
Ги широко улыбнулся.
– Ну вот, теперь ты меня впустишь?
Когда они прошли в гостиную, Мариетта принесла поднос с чашками, наполненными горячим молоком, куда добавила чуточку драгоценного шоколада, который на прошлое Рождество месье Лавалю подарил торговец пряжей в благодарность за хорошую работу. Коричневое сокровище хранили в самом холодном углу в подвале и тратили очень экономно.
Месье Лаваль, сделав глоток, одобрительно хмыкнул.
– C’est délicieux, ma petite[35], – промолвил он и повернулся к Ги. – Итак, теперь ты можешь рассказать нам свои важные новости, мой друг.
Он взял протянутый ему клочок потрепанной бумаги. Посмотрев через плечо старика, Анри увидел заголовок «Soie de Lyon[36]», ниже следовал список из десятка имен. Где-то в середине списка юноша разглядел «Джозеф Сэдлер и сын».
Месье Лаваль, тяжело дыша, пробежал его глазами.
– Это важные люди. Почему их имена здесь?
– Они ввозили французский шелк из Лиона, не оплачивая пошлины. Так мы полагаем.
Анри затаил дыхание. Великий Джозеф Сэдлер нарушает закон? Ему не было дела до этого человека и его отвратительного сына, однако подобный скандал мог навредить его племяннице.
Месье Лаваль вздохнул и, засунув руку под бархатную шапочку, почесал голову.
– Это опасная информация. Где ты ее взял?
– На прошлой неделе я был в одной таверне с друзьями. Мы обсуждали цены на шелка, и кто-то сказал, что мы тратим время зря, потому что французский импорт скоро превратит нас всех в нищих, – ответил Ги. – Какие-то люди за соседним столиком услышали наш разговор и сказали, что могут нам помочь. У них была информация о том, кто покупает французский шелк.
– И откуда они взяли ее?
– Они работают в порту Лондона, сэр. Они видят все, что ввозят в город. Эти малые заметили, что для лондонских торговцев привозят множество разных пакетов и мотков материи, которые не проходят таможню и не облагаются пошлиной. Они открыли пару таких пакетов и обнаружили в них французский шелк. Некоторые из них захотели попробовать шантажировать торговцев, но у них не хватило на это духу, потому они и решили, что безопаснее будет обратиться в гильдию.
– И они обратились?
Ги кивнул.
– Я был на собрании два дня назад. Однако ничего подобного не обсуждалось.
– В том-то и дело, сэр. Ничего не произошло. Ребята считают, гильдия решила закрыть на это глаза, потому что замешаны серьезные люди.
Месье Лаваль покачал головой.
– Я о таком не слышал. Однако правильно ли я понимаю, что вместо этого они продали тебе список прямо в таверне?
– Группа рабочих сбросилась и купила его, – пояснил Ги. – Та самая, которая составила «Книгу цен».
– И что эта группа предлагает с ним делать? – спросил месье Лаваль.
– Потому я и здесь, сэр. Я пришел просить вашего совета. Вы знаете этих людей. Как лучше поступить?
Месье Лаваль сделал большой глоток шоколада и вытер усы платочком.
– Мне нужно хорошенько подумать об этом, Ги. Мы должны вести себя с этой информацией очень аккуратно, в противном случае могут пострадать невинные люди. Мне надо поговорить с членами гильдии, которым я доверяю. Приходи в конце недели, в воскресенье днем. Хорошо? Мы обсудим все и, возможно, выпьем еще немного шоколада. Ваша группа может подождать?