Выбрать главу

Посещение Монтгомери 7 мая места своей победы и восхваление им египетского правительства и народа наряду с осуждением нападения на Египет в 1956 году, как противоречащего международной морали, явились сенсацией для британской прессы. В конце недели, непосредственно перед своим отъездом, он прочитал цикл лекций египетским офицерам в Высшей военной академии, в которых описал Аламейнское сражение и ответил на множество вопросов, исходивших от людей, которые вскоре попались в роковую ловушку в Синае. Видимо, он давал неверные ответы. Не исключено также, что вопросы были неправильно формулированы.

Глава вторая. ЗАКРЫТИЕ ПРОЛИВОВ

Все началось со лжи, русской лжи. В начале мая советское правительство передало Каиру информацию о сосредоточении израильских войск на сирийской границе. Две недели спустя в Каир поступили новые и более подробные сведения о концентрации израильских войск силою до 11 бригад на сирийской границе. В действительности в это время в этом районе у израильтян было не больше роты численностью 120 человек, поджидавшей в засаде сирийских диверсантов. Наблюдатели Объединенных Наций, посты которых были расположены вдоль израильско-сирийской границы, подтвердили 19 мая, что они не располагают данными о крупных передвижениях войск.* Очевидно, русские, опасаясь, что израильтяне совершат карательный рейд на Сирию, рекомендовали Насеру сосредоточить свои войска в Синае и тем самым удержать Израиль от нападения. Фактически же русские утверждения были абсолютно вымышленными.

См. отчет Генерального Секретаря ООН Совету Безопасности 19 мая 8 7879 9: «Отчеты наблюдателей ООН подтвердили отсутствие концентрации и крупных передвижений воинских частей по обеим сторонам линии перемирия».

Выступая 9 июля с речью о своей «отставке», президент Насер заявил:

Все мы знаем, как начался кризис в первой половине мая. У противника имелся план вторжения в Сирию, о чем открыто заявляли израильские политики и командиры. В доказательствах недостатка не было.

Данные наших сирийских братьев и надежная информация, полученная нами самими, не оставляли места для сомнений.

Даже наши друзья в Советском Союзе сообщили нашей парламентской делегации, которая посетила Москву в начале прошлого месяца, что речь шла об определенном замысле. Мы сочли своим долгом не оставаться безучастными.

Кризис, который вызвал войну, назревал уже в течение шести месяцев. В октябре и ноябре 1966 года террористическая организация «Эль-Фатх» усилила свою диверсионную деятельность против Израиля. 4 ноября Сирия и Египет подписали оборонительный пакт. Затем последовали два инцидента, реагируя на которые израильтяне предприняли крупную карательную операцию. 13 ноября крупные израильские силы, поддержанные танками и бронемашинами, пересекли иорданскую границу и атаковали Саму, деревню с 4 тысячами жителей. Согласно отчету У Тана, израильтяне разрушили 125 зданий, школу и больницу. Израиль не питал сильной вражды к иорданцам и предпринял рейд, чтобы продемонстрировать, что он не намерен мириться с использованием иорданском территории террористами «Эль-Фатха». В начале апреля 1967 года израильтяне решили вывести из строя сирийскую артиллерию, обстреливавшую израильских сельскохозяйственных рабочих, занятых на пахотных работах в демилитаризованной зоне около Тивериадского озера.* В разыгравшемся 7 апреля воздушном бою сирийцы потеряли шесть истребителей типа МИГ, составлявших значительную часть их военной авиации. Убедившись о том, что сирийский террор не ослабевает, израильские лидеры предупредили Сирию о возможности нанесения Израилем нового удара. 10 мая начальник генерального штаба генерал Рабин довел сирийцев до исступления своим заявлением, что его войска могут атаковать Дамаск и свергнуть режим Нуреддина Атасси. Выступая 14 мая в тель-авивском клубе «Яхдав», премьер-министр Леви Эшкол предупредил: «Учитывая, что только за один прошедший месяц имели место 14 инцидентов, мы можем предпринять такие же решительные меры, как 7 апреля».

* Озеро Кинерет

Очевидно, что по мере нарастания кризиса положение Насера становилось все более затруднительным. В частности, присутствие на египетской территории чрезвычайных войск Объединенных Наций делало его посмешищем в глазах его арабских соперников. Напрашивался также вопрос, почему террористы развивали столь слабую деятельность против Израиля с египетских баз. Насер, считая неотвратимой израильско-сирийскую конфронтацию, хотел заставить замолчать своих критиков и восстановить свой пошатнувшийся авторитет лидера арабского мира. Он оказался вынужденным продемонстрировать реальность своего оборонительного пакта с Сирией, дав некоторые доказательства своей воинственности.

15 мая через Каир прошли крупные силы египетской армии по направлению к Суэцкому каналу. Контролируемые правительством египетские пресса, радио и телевидение сделали это событие достоянием всеобщей гласности. Свежее масло в огонь подлило известие о состоявшемся в тот же день в Иерусалиме военном параде, который проводился израильтянами ежегодно по случаю Дня независимости. Израильский сектор Иерусалима считался демилитаризованной зоной. Поэтому, в соответствии с условиями перемирия, в параде не участвовали тяжелые танки и артиллерия, а количество войск было сведено к минимуму. Несмотря на то, что израильтяне соблюдали эти условия, арабы утверждали, что те нарушили соглашение о перемирии.

16 мая в 10 часов вечера начальник египетского генерального штаба генерал Фавзи послал следующую телеграмму генералу Рихие:

Довожу до Вашего сведения, что я дал указание всем вооруженным силам ОАР быть готовыми к операции против Израиля, как только он решит провести какую-либо агрессивную акцию против любой арабской страны. В соответствии с этой инструкцией наши войска уже сосредоточены на наших восточных границах в Синае. Для обеспечения полной безопасности (sic!) всех сил ООН, установивших наблюдательные посты вдоль наших границ, я прошу Вас отдать приказ о немедленном выводе всех этих войск. По этому поводу я дал соответствующие указания нашему командующему войсками восточной зоны. Сообщите мне о выполнении этого требования.

Содержание этой телеграммы было передано на следующий день каирским радио.

Генерал Рихие немедленно передал египетское требование У Тану и отправился спать. Из передач каирского радио 17 мая стало известно, что целью египтян было удаление войск ООН с возможного поля битвы, чтобы они «не пострадали в случае военных действий». Было добавлено, что генерала Рихие просили отвести его войска от границы и сосредоточить их в районе полосы Газы. Войска ООН в Шарм а-Шейхе не упоминались. Получив от Рихие текст телеграммы Фавзи, У Тан пригласил к себе Эль-Куни, египетского представителя при Организации Объединенных Наций, и информировал его, что частичный вывод войск невозможен. У Тан сказал, что от Объединенных Наций нельзя требовать, чтобы они «стояли в стороне», создавая этим условия для возобновления войны между обеими сторонами». Поэтому Насер был поставлен в известность, что он должен требовать полной эвакуации чрезвычайных сил ООН с египетской территории или оставить их на прежних позициях.

Чрезвычайные силы ООН следили за поддержанием мира, выполняя после суэцкого кризиса полицейские функции. Они были размещены здесь по соглашению, заключенному в ноябре 1956 года между президентом Насером и генеральным секретарем ООН Дагом Хаммаршельдом.* Условия договора, преданного гласности, носили двусмысленный характер. В памятной записке, представленной в то время Хаммаршельдом в ООН, утверждалось, что египетское правительство согласилось руководствоваться «доброй волей, приняв резолюцию Генеральной Ассамблеи от 5 ноября 1956 года». Как известно, после отвода войск ООН распространились слухи, что У Тан был связан более конкретным, хотя и не обнародованным соглашением, заключенным между Хаммаршельдом и Насером. Но в момент формирования войск ООН их полномочия казались вполне определенными. Генерал-директор египетского министерства информации полковник Хатем заявил 12 ноября 1956 года, что именно в соответствии с соглашением Объединенные Нации должны были немедленно вывести свои войска из Египта по первому требованию египетского правительства.