Выбрать главу
VII
Туго натянут рогами украшенный лук — Сотнями стрелы со свистом взвиваются вдруг; Сколько имеешь больших боевых колесниц, Воинов множество крепких и крепких возниц[531]! Варваров ты за рекою Хуай покоришь, Больше не встанут они из-под нашей руки! Тверды да будут предначертанья твои — И овладеешь народом у этой реки.
VIII
Птицы крикливые к нам залетают сюда — Сядут они на деревья у школы, и вдруг, Тутовых ягод лишь только они поедят, Нас услаждает приятного пения звук. В разум придут эти варвары — там на Хуай, В дар понесут драгоценности с этой поры: Кости слоновой и местных больших черепах... С золотом юга великие будут дары!

ПОСЕЩЕНИЕ ХРАМА (IV, IV, 4)

I
В месте и скрытом, и тихом мы создали храм; Быд он прекрасной постройки и крепок и прям. Нету нигде Цзян-юани — почтенней жены: Доблесть ее не имела ни в чем кривизны. Неба верховный владыка послал благодать: Месяцы вышли, и срок не замедлил настать. Небом без боли и муки ей было дано Нашего предка родить — Государя-Зерно. Небо ему ниспослало премного щедрот: Просо и злак, что позднее всех прочих растет, Рожь и бобы и тот злак, что всех ранее зрел, Скоро Зерно-Государь получает удел. Людям велит он возделывать землю вокруг: Сорго и желтое просо явилися вдруг, Черное просо и рис появились. Была Вся Поднебесная скоро научена им. Так он продолжил преславные Юя дела[532].
II
Внука оставил преславный Зерно-Государь — Это Тай-ван был, великий наш предок и царь. Он поселился на юге от Циской горы, Шанское царство он стал подрывать[533] в те поры. Позже Вэнь-ван воцарился, за ним и У-Ван, Подвиг они продолжали, что начал Тай-ван. Гнева и воли небес завершился предел, И на равнине Муе[534] этот бой закипел. «Царь, не смущаясь сомненьем, начни этот бой: Неба верховный владыка пребудет с тобой!» Шанскую рать он карает, разбив ее вдруг; Были другие участники царских заслуг. «Дядя! — наш царь говорит тогда[535], — я бы хотел Вашему старшему сыну назначить удел. Княжить над Луской землею ему надлежит: Да возвеличит он ваши владенья и дом, Будет весь род ваш для Чжоу опора и щит».
III
Лускому князю пожалован царский указ[536]: Княжить и править ему на востоке у нас, Гор ему дал царь, земель, и потоков, и нив, Царства окрестные князю навек подчинив. Тот, чьим прославленным предком был чжоуский князь, Сын Чжуан-гуна[537], теперь в этот храм соберясь, Жертвы приносит. На знамени шитый дракон, Вожжи мягки у его колесницы, и он Ревностно каждую осень и каждой весной Жертвы приносит, не пропустив ни одной, Славному неба владыке и с ним заодно Предку, великому столь Государю-Зерно. Бык красно-рыжий приносится в дар в эти дни — Жертву приемлют, ее одобряя, они. Много пошлют они князю за это щедрот. Чжоуский князь и державные предки твои Счастьем тебя одаряют, о князь, что ни год.
IV
В осень ты предкам приносишь могучих быков, С лета им брус деревянный кладут вдоль рогов: Белый один, красно-рыжая шерсть на другом. Жертвенный кубок прекрасен, налитый вином. Тут поросенок, и мясо, и чистый отвар, Стол в деревянных сосудах, назначенных в дар. Танцы, все вр.емя менялся, радуют взгляд[538]. Внукам почтительным предки награду дарят. В блеске своем ты, всегда процветая, живешь, Да долголетен ты будешь и будешь хорош! Будет хранима восточная эта страна, Луская наша держава да будет вечна! Нет ей ущерба, утесы ее не падут, Не задрожит, не падет она в ужасе смут! Три долголетия князю, да вечно живет, Точно возвышенный холм или горный хребет!
V
Тысяча, князь, у тебя колесниц боевых, Красными лентами копья украшены в них, Шелком зеленым обвиты два лука стоят: Ты тридцать тысяч имеешь пехотных солдат — Раковин шлемы украсила красная нить — Рать велика, велика, и ее не сломить. Варварам севера дав надлежащий отпор, Цзинские орды и Шу[539] остановим, с тех пор С нами никто не посмеет столкнуться в борьбе. Пусть же расцвет лучезарный да будет тебе! Будь же богат, долголетен, да правишь страной С желтою космой волос и дельфиньей спиной[540]. Старцев почтенных и мудрых на помощь избрав, В славе своей да пребудешь ты, князь, величав! Старости ты не достигнешь и будешь ты сед! Князь наш да здравствует тысячи, тысячи лет, Старость до белых бровей, без болезней и бед!
вернуться

531

Воинов множество крепких и крепких возниц. — Следом за каждой боевой колесницей шел отряд пехоты, обычно в пятьдесят человек, который устремлялся в прорыв во вражеских рядах, образуемый несущейся колесницей.

вернуться

532

Так он продолжил преславные Юя дела. — Легендарный царь Юй после потопа изменил русла рек, провел каналы, разделил страну на девять областей и обложил окрестные племена данью, а предок чжоуских царей и луских князей — Государь-Зерно (Хоу-Цзи), продолжая дело Юя, научил народ земледелию и тем окончательно утвердил благосостояние Китая.

вернуться

533

Шанское царство он (Тай-ван — Великий царь — А. Ш.) стал подрывать — привлекая к себе народ своими качествами доброго правителя и этим ослабляя царствовавшую тогда (в) Китае династию Инь (Шан).

вернуться

534

Равнина Муе — находится в современном уезде Цисянь, провинции Хэнань. На этой равнине произошел бой между вторгшимися в центральные княжества племенами чжоу и войсками последнего шанского царя. В результате выигранной битвы династия Инь (Шан) была свергнута, и чжоуские цари вступили на престол.

вернуться

535

«Дядя!» — наш царь говорит тогда. Комментаторская традиций указывает, что под словом «дядя» здесь разумеется брат царя У-вана Чжоу-гун (чжоуский князь) — основатель династии луских князей, а под словом «царь» — царь Чэн-ван, сын царя У-вана.

вернуться

536

Лускому князю пожалован царский указ — князю Бо-циню, сыну чжоуского князя.

вернуться

537

сын Чжуан-гуна, т. е. ныне правящий князь Си-гун, которому и посвящен этот гимн.

вернуться

538

Танцы, все время меняяся, радуют взгляд. — Точный перевод: танцы «вань» (или все танцы?) великолепны и многочисленны.

вернуться

539

Цзинские орды и Шу — княжество Цзин, или Чу, было одним из мощных государств того времени, но считалось китайцами полу варварским. Оно лежало у юго-западных окраин Китая. Государство Шу было с ним в союзе.

вернуться

540

С желтою космой волос и дельфиньей спиной, т. е. таких, у которых волосы от старости пожелтели и спина стала пятнистой, как у дельфина, — самых преклонных, почтенных и мудрых стариков.