Выбрать главу

Естественно, всё это не могло не отразиться на общем отношении к секте Тэндай, к которой формально принадлежали сохэи. Например, хроники ХII-ХIV вв., в частности, «Тайхэйки», рисуют тэндайских монахов не в виде молчаливых аскетов, ищущих спасения, а как бритоголовых воинов угрожающего вида, с тяжёлыми посохами, луками и мечами. В отличие от китайских усэнов, которых народ любил и стремился обучаться у них, сохэев недолюбливали и боялись. Многие буддийские общины отказывались от своих собратьев-головорезов, что ещё больше увеличивало количество бандитов на дорогах.

Возвращение горных воинов

Рассказы о монахах-воителях, в основном о ямабуси, важны для нас ещё и потому, что именно с ямабуси, а точнее, с учением секты Сюгэндо, связывается происхождение идеологии знаменитых лазутчиков и наёмников ниндзя. Более того, существует утверждение, правда ничем не подкреплённое, что основатель этого отшельнического движения Эн-но Гёдзя (VII в.) и был первым ниндзя (Adams A. Ninja – The Invisible Assasins, Los Angeles, 1973, p. 31–32). Якобы именно за тайную воинскую деятельность, схожую с тактикой ниндзя, ямабуси и были объявлены вне закона. Они также будто бы являлись отменными бойцами и стратегами. В других работах мы встречаем ещё более категоричные указания на связь ямабуси и ниндзя: «Независимые и восставшие ямабуси («монахи-воины») были вновь потревожены правительственными войсками и сочли необходимым совершенствоваться в искусстве боя и использовать своё искусство ниндзюцу» (Weiss A., Philbin T. Ninja: Clan of Death, London, 1981, p. 25).

Итак, напрашивается вывод, что обиженные на правительство ямабуси превратились в ниндзя. К сожалению, приведённые выше утверждения основаны отчасти на недоразумении (в XII–XVI вв. под словом «ямабуси» иногда понимали наёмников-сохэев), а отчасти на легендах. Но откуда эти легенды, настойчиво связывающие горных странников ямабуси и «ночных воинов»? Прежде всего самим ниндзя было выгодно, чтобы их традицию связывали с традицией ямабуси, которых народ почитал и боялся из-за их магического искусства. К тому же ниндзя не раз маскировались под странствующих ямабуси; даже одна из семи классических «масок», или «ролей», ниндзя так и именовалась – «ямабуси». Хотя в различные периоды и в разных регионах ямабуси изредка объявлялись вне закона, в основном их не трогали и почитали, а значит, такая «смена лица» позволяла ниндзя спокойно преодолевать заставы и уходить от облав. Возможно, этим обстоятельством объясняются утверждения, будто бы и ямабуси иногда использовались как шпионы некоторыми даймё.

И всё же связь между ниндзя и ямабуси существовала, хотя не была столь явной, как зачастую склонны представлять это авторы популярных книг. Дело в том, что основные районы деятельности крупнейших школ ниндзя – провинции Ига и Кога – были одновременно и местами, где находились отшельнические скиты ямабуси. В горных районах Касаги и Ёсино, где когда-то произошло знаменитое восстание ниндзя против Оды Нобунаги, ещё в течение долгих столетий после этого бродили ямабуси. Легенды об отшельниках из секты Сюгэндо переплетались с рассказами о подвигах ниндзя, формируя некий единый образ «святого воина».

Странствия ямабуси наконец надоели правительству. Сначала были предприняты вполне корректные попытки как-то поставить их под контроль. Для этого даже издали особый свод правил «Сюгэндо хатто». Но договориться не удалось – бродячим монахам трудно было объяснить какие-либо «земные» правила. И в конце концов в 1873 г. секта Сюгэндо была запрещена. Хотя никакой реальной опасности ямабуси не представляли, они совершенно не вписывались в строгую социальную структуру Японии.