Покрытая лаком карета барона начала догонять их. Старый Альдо, вытаращенными глазами оглядывавшийся на неё через плечо, запетлял по дороге, заставляя баронского кучера опасливо сбавить скорость. В конце концов ему пришлось остановиться. Алан соскочил с повозки и метнулся к карете.
Кучер, пытавшийся объехать неожиданное препятствие, растерялся, увидев его. Алан рванулся к нему и оказался рядом с его ногами. Кучер мгновенно среагировал на этот промах. Удар грубым сапогом в лицо, и Алан тяжело упал, выронив оружие. Высунувшаяся в окно кареты леди Эрроганц закричала. Хамо не шевелился. Он считал Алана достаточно опытным, чтобы самому выпутаться из драки. К тому же, он вовсе не жаждал показывать девушке свою личность. Если затея обернётся плохо, ей не удастся его потом опознать. Хамо лишь приказал старому Альдо посторожить девушку. Тот выбрался из повозки, и леди Эрроганц, казалось, даже не заметила, как он появился сзади кареты. Она во все глаза смотрела на Алана, который поднялся на колено и беспрестанно ругался. Альдо со скромным видом замер около двери кареты, но всё же готовый в любой момент, если она попытается улизнуть, схватить её. Тем временем кучер приближался к Алану, сжав в кулаке плеть. Он ударил её рукоятью Алана по голове. Этот удар в височную кость был недостаточно силён, зато второй – в живот, был хорош. Алан зарычал и снова свалился на землю. Он понял, что слуга барона драться умеет, и недоумевал только, отчего же Хамо медлит. Прежде чем Алану удалось подняться, кучер нанёс ему ещё один удар по голове. Уразумев, что дело поворачивается не в лучшую для него сторону, Хамо с проклятьями бросился на выручку. Однако, оказавшийся в это время на земле, Алан наткнулся рукой на кинжал, и когда кучер шагнул к нему с намерением последним ударом свалить его окончательно, он рванул оружие кверху навстречу нападавшему. Леди Эрроганц пронзительно закричала. Кучер схватился за живот, согнулся и упал в грязь. На его светлой рубахе расплывалось тёмное пятно. Алан с трудом поднялся на ноги.
– Бешеный! – заорал Хамо, подбегая к нему. Он нагнулся над кучером, потом повернулся к Алану, который в смятении смотрел на умирающего.
– Зачем ты его прирезал? В хорошенькое же дельце ты нас втравил!
Алан рванул крючки ворота рубахи.
– А чего ты не пришёл ко мне на помощь? – огрызнулся он. – Видишь – я не могу ничего сделать? Он бьёт, как молотом. Мне больше ничего не оставалось.
– Расскажешь это суду ассизов! – Хамо был взбешён. Теперь «любовники»2 шерифа будут разыскивать их за убийство. Ему уже слышался скрип ступеней на эшафот.
Алан рывком открыл дверь кареты и направил окровавленное лезвие кинжала на девушку.
– Выходи!..
Леди Эрроганц внимательным взглядом смотрела на него. Взгляд её больших глаз смутил его. Проснувшийся Маурин поднял веки и медленно распрямился.
Хамо, не шевелясь, сидел в повозке с кинжалом в потной руке, хмуро наблюдая за происходящим. Альдо придерживал дверцу кареты, готовый к действию в любой момент.
– Ну, живее! – рявкнул Алан. – Выходи!
Леди Эрроганц повиновалась. Она не казалась испуганной, скорее выглядела удивлённой.
– Что тут происходит? – пробурчал Маурин еле ворочающимся языком. Он тоже собрался выбраться из кареты и растирал лицо, пытаясь прийти в чувство.
– Оставайся на месте! – предупредил Алан, направляя на него кинжал.
Маурин понемногу приходил в себя. Он пододвинулся к дверце кареты, словно собираясь выйти из неё.
– Брось сюда твою цепь! – приказал Алан девушке.
Леди Эрроганц схватилась за украшение и отступила к заднему колесу. Алан выругался. Положение начало бесить его. В любое мгновение мог появиться экипаж с вооружёнными господами и прислугой, и тогда они попадут в чреватое бедой положение.
– Пошевеливайся! Или я проткну тебя! – прикрикнул он. Маурин высунулся из кареты и выставил обтянутую белоснежными шоссами лодыжку, ища опору на земле. Алан без раздумий всадил ему в грудь кинжал по самую рукоять. Захрипев, мужчина замертво свалился прямо к ногам своей невесты.
Алан повернулся к потрясённой леди Эрроганц, не отрывавшей глаз от тела Маурина.
– Теперь и её придётся тоже прирезать, – сокрушённо произнёс он. – Она слишком много видела.
– Заткни свою пасть, «мокродел»!3 – оборвал его Хамо. Он разглядывал девушку оценивающим взглядом. Шальная мысль влетела в его голову. Ему представился неповторимый случай дорваться до огромного куша. Барон сказочно богат. У него сотни золотых монет и он не пожалеет их, чтобы выкупить любимое чадо из рук кровожадных злодеев, которыми они, благодаря Алану, скоро прослывут.