– Она с нами отправляется, – распорядился он.
Леди Эрроганц неожиданно оттолкнула Альдо и побежала вдоль дороги. Хамо с проклятиями бросился вслед за ней. Тяжёлые юбки мешали движению, за спиной раздавался топот ног преследователя.
Леди начала оглушительно звать на помощь. Однако, Хамо скоро настиг её, схватил за плечо и, развернув к себе лицом, резко ударил кулаком в лоб. Подхватив обмякшее тело, похититель взвалил девушку на плечо и вернулся к повозке. Алан схватил его за руку.
– Хм… Обожди!..
Хамо свалил девушку в повозку и с исступлённым видом развернулся к Алану, схватив его за ворот.
– Замолкни! – заорал он. – По твоей вине убийства висят у нас на шее мельничными жерновами! Когда нас сцапают, они утянут нас на дно! Теперь ты делаешь только то, что тебе я прикажу! Подними мертвецов с дороги и уложи в карету. – В его голосе звучала такая необоримая злоба, что Алан растерялся и не сразу сообразил, чего требует Хамо. Опомнившись, он попросил Альдо ему помочь. Старик, в неподвижности своей похожий на оглушённого сома, как в полусне подошёл к телам и помог Алану перенести Маурина с кучером в карету Эрроганца и сел на козлы.
– Ты сумасшедший, Хамо, если полагаешь, что похищение сойдёт нам с рук, – сказал Алан, так же влезая на козлы их повозки. – Вся служба шерифа, все «вороловы»4 бросятся на её розыски и накроют нас, не успеем и глазом моргнуть.
– Замолкни! Теперь, когда ты накромсал столько мертвяков, с этой цепью не сунешься ни в одну лавку. Её папаша – сам Эрроганц! Он набит монетами как гусь – яблоками, и отдаст всё – за свою дочь. В этом наше единственное спасение, и единственная возможность выйти из дела с барышом. А теперь – хватит трепаться, сматываемся! – Приказал он. – Отправимся к Данстену, он нас укроет.
– А что с трупами? – поинтересовался Альдо, разбирая вожжи.
– Отвезёшь в лес за городом, – Хамо кивнул в сторону Алан, – а мы тебя подождём. В путь!
Пока конь набирал скорость, Хамо повернулся к леди Эрроганц, лежащей на сиденье без сознания, снял с неё драгоценности и накрыл девушку своим плащом. В свете фонаря, висящего у козел, он принялся разглядывать сверкающее золото.
– Да-а, она действительно чудесна! – произнёс он восхищённо. – Но я даже пытаться не буду сбыть её. Куда менее рискованно явиться с ней прямо к Эрроганцу.
После выезда за город старый Альдо свернул с дороги к лесу.
Алан осветил лицо леди Эрроганц.
– Не пришла в себя, – удовлетворённо проговорил он.
Проехав немного в лес, Альдо остановил повозку, обвязав вожжи вокруг ствола сосны и бегом засеменил к заговорщикам.
Однако, не успели они доехать до перекрёстка, как внезапно из-за поворота сверкнули факелы, и двое всадников, выскочив наперерез, остановили своих коней по обе стороны от чёрной повозки. Появление этой пары было некстати настолько, что испугавшийся Алан сжал рукоять кинжала. Один из мужчин, высокий, поджарый человек в черном плаще с капюшоном, надвинутом на глаза, с подчёркнутым вниманием осмотрел повозку и, увидев засуетившегося Алана, склонил факел поближе.
– Что это ты волнуешься, приятель? – спросил он вызывающе, рассматривая Алана. Было темно, и в неверных отблесках факела они друг друга не узнавали.
– Убрался бы ты лучше отсюда по-хорошему, – огрызнулся Алан. – Не твой цирк – не твои обезьяны!
Высокий наклонил факел ещё ближе.
– Нергаловы потроха! – засмеялся он. – И подумать не мог, что мы наткнёмся на подобное отребье в эту ночку!
Пассажиры чёрной повозки онемели. Они смотрели на второго всадника, который сел в седле боком, расположив правую ногу свободно на верхней луке и направив на них большой арбалет.
– Ты ли это, Эврик? – спросил Хамо, у которого сразу пересохло во рту.
– Кусок его, – сострил высокий. – А это Хик командует баллистой. Одно излишнее движение, и он вышибет вам ворота в другой мир.
– Да мы же не враги, – поспешно запротестовал Хамо, кляня судьбу за то, что она столкнула их с бандой Гидов. – Я и не признал тебя.
Эврик поднёс факел к его лицу. Хамо наклонился, чтобы прикрыть леди Эрроганц. Но Эврик уже увидел девушку.
– Никак ты завёл новую потаскуху, нергалов блудодей? – поинтересовался он.
– Я спешу, – быстро проговорил Хамо. – До скорого, Эврик. Поезжай, Альдо.
Эврик положил руку на козлы, останавливая Альдо.
– Кто это, Хамо?
– Ты не знаешь её. Моя родственница.
– Да ты шутник? Что-то у твоей родни слишком убитый вид.
– Она во хмелю, – ответил Хамо, ощущая, как пот струится по его спине.