Надо бы это в поэму вставить, – подумал он, потом вспомнил, что её больше нет, и не расстроился. – Плывет себе пепел поэмы к Атлантическому океану, круто перемешанный с фекальными массами. Граждане страны самой ханжеской в мире морали строго следят не только за соблюдением окружающими основных нравственных принципов, но и за регулярностью собственных физиологических отправлений. Несокрушимое пищеварение, своевременное, полное и беспроблемное опорожнение кишечника – залог здоровья нации.
ЧАСТЬ III
Такого количества евреев на территории столь ограниченного замкнутого пространства, видеть Борису ещё не приходилось. Да это и не впечатляло потому, что они почти не отличались от пассажиров других национальностей. Отличались только евреи-ортодоксы. Борис чуть не окосел, наблюдая, боковым зрением за сидящим справа религиозным фанатиком. Он читал про хасидов, но можно ли называть хасидами всех пейсатых и одетых в черные лапсердаки людей, он не знал. Не знал он также, откуда он почерпнул слово – лапсердак, и правильно ли будет называть так черные сюртуки верующих иудеев. Он видел, как они одевались прямо в проходе салона самолета для молитвы, заметил, что количество витков черного кожаного ремешка вокруг руки строго регламентировано, потому что хасид шевелил губами, считая витки; удивился чёрненькому параллелепипеду на головах верующих и пришёл к очень интересному для себя выводу. Настолько интересному, что захотелось всё это тут же записать, чтобы не позабыть, хоть и мелкие, но важные для обобщения детали. Борис уже не мечтал о том, как он будет удивлять кого-то рассказами про дорожные приключения. Беседы на кухне с покинутыми им друзьями отодвигались на необозримый срок, и вообще, слово «друзья» после всего, что с ним произошло, он стал произносить с оттенком ироничности. Благоприобретенный в Америке спасительный цинизм нейтрализовал горечь разочарования. Он решил всё увиденное описать, сделать копии и разослать путевые заметки только тем порядочным знакомым, кому это будет интересно, и мнением которых он дорожил. Когда же он начал перебирать в уме претендентов на получение от него путевых впечатлений, то оказалось, что и слать-то свои опусы некому. Он был ошеломлен: на всем земном шаре он насчитал для себя всего три порядочных и любознательных человека из числа своих знакомых. Вот они: мама, бывший карманный вор Коля Монгол и Эмма. Борис достал из сумки большой блокнот, написал на нём: «Путевые заметки», потом подумал немного и переделал ударение в слове «путевые» на второй слог. «Вот так будет все путём», – сказал он сам себе, ещё подумал самую малость, остался недоволен, покосился на сидящего справа ортодокса и поразился его сходству с одним знакомым из армянской строительной бригады, который любое умозаключение неизменно предварял словами: «Слушай мисль!»
«Молодец, Хачик! Умница! Вот так мои мысли и назовем».
* * *
Слушай мисль: «Так долго летим, что ортодоксальные евреи уже дважды успели помолиться. Инопланетяне, видит бог, инопланетяне. Если точнее – потомки инопланетян. На лбу миниатюрный радиопередатчик размером со спичечный коробок. Как там он называется? Это мы сейчас без труда установим потому, что мне всю еврейскую литургию на русском Саша Борщев подарил. Читаем: „Шахарит“– утренняя служба. Ага, – эта штуковина называется „тфилин“. Читаем дальше: Ох, ты, ёшкин свет! На руку такая же надевается. Значит две радиостанции сразу: одна передающая, а другая, видимо, принимающая. Ах! Как я прав? Как прав!? Потому что вот что мудрецы дословно об этом аппарате пишут: „Тфилин очень сложно устроены. Более того, малейшие отклонения от правильного устройства тфилин делают их негодными. Маймонид считает, что строгое соблюдение всех деталей устройства абсолютно необходимо, а каббалисты разъясняют, что тфилин особым мистическим образом связывает нас с Богом, и правильное устройство тфилин необходимо для осуществления этой связи“. Это о какой же связи специалисты толкуют? Да о радиообмене, конечно, же, говорят – это козе понятно. Идём дальше: строго определенное количество оборотов тонкого ремешка вокруг руки, – это, скорее всего, необходимое количество витков антенны для обеспечения оптимального приема. Белые веревочки, свисающие чуть ли не до пола, не что иное, как заземление. Когда-то, когда посланцы другой планеты приземлились на горе Синайской и не смогли, по каким-то причинам улететь обратно, вместо ремешков да веревочек использовались кабелёчки да проволочки, но затем они поломались, а новых делать в то время на земле ещё не научились, вот и крутят на руку ремешок вместо антенны. Знают, сколько раз обмотать нужно, а что и зачем – позабыли. И всё пытаются упрямцы в космос сигнал послать, да всё без толку. Не доходит сигнал без проволочки. Жалко их даже. Клянусь Создателем, жалко! А знание основ дифференциального исчисления, а сложнейшие математические заморочки в настольном учебнике жизни под названием – Каббала! И это в то время, когда бегающие вокруг двуногие до десяти на пальцах сосчитать не умели. А строжайший запрет на употребление синтетической нитки при пошиве одежды? Правда, в те времена синтетики ещё не изобрели, и этот запрет, скорее всего, современные толкователи Торы придумали, но вот что завещано в пятой книге Моисеевой: „Не надевай одежды, сделанной из разных веществ: из шерсти и льна – вместе 18. Не панический ли это страх перед вредным статическим электричеством, затрудняющим и без того хреновенькую связь с внеземными цивилизациями? Расчешите хорошенько мохеровый шарфик расчёской, подойдите вплотную к антенне транзистора, и что услышите? Да это любой двоечник знает – треск да помехи возникнут в эфире, так что, как ни крути, а первое впечатление от созерцания раскачивающихся при молитве ортодоксов наводит на мысль об их инопланетном происхождении. А раскачиваются для чего? Ну, это элементарно! На волну настраиваются. Прибавим к вышеизложенному ношение черных сюртуков из плотной ткани и такого же цвета цилиндров в адскую жару и ещё больше уверимся в неземном происхождении евреев. Они все когда-то одевались подобным образом, но потом разоблачились, подались в кочевники и всё позабыли. Не околевать же с голоду около поврежденного летательного аппарата и сломанной радиостанции. А откуда такая склонность евреев к точным наукам? Почему девяносто девять процентов выдающихся шахматистов – евреи? Почему ядерные физики они же? Нет, вы ответьте мне, гнусные антисемиты всех мастей, почему Эйнштейны и всякие там Ландау становятся чаще лауреатами Нобелевской премии, чем их гонители: националисты, фашисты, ксенофобы, юдофобы и иже с ними? Молчите? Твари завистливые, суки рваные в натуре! И правильно делаете потому, что крыть вам нечем!“ Борис подумал и „тварей завистливых“ оставил, а „сук рваных в натуре“ зачеркнул потому, что Коля Монгол и Эмма это выражение одобрят, а мама, скорей всего, сконфузится».