Я улыбаюсь, постукивая ногтями по столешнице:
– Не стоит переживать: мне очень приятно твое общество.
– Да? – удивляется он, отвлекаясь от стряпни. – Нет, конечно, я верю вам, просто… – тараторит он, после чего опускает руку на живот и кланяется. – Благодарю вас.
Этот мужчина меня забавляет.
– Знаешь, тебе не обязательно кланяться, если рядом никого нет.
– Прошу меня простить, – улыбается повар. – Я не привык к визитам королевских особ.
Пол подходит ко мне, ставит тарелку на стол и любезно указывает на блюдо.
Я тоже ему улыбаюсь и сразу склоняюсь над металлической столешницей.
– Что ж, ты скоро поймешь, что я не похожа на других членов королевской семьи.
– Технически, – вклинивается спокойный голос, – ты вообще не королевская особа.
По спине бежит холодок, каждый волосок встает дыбом, когда из ниоткуда появляется принц Тристан. Его губы растянуты в чрезмерно ленивой улыбке, а глаза устремлены на меня.
Чуть не потеряв дар речи, Пол тяжело опускается на колено.
– Ваше высочество.
– Здравствуй, Пол. Развлекаешь нашу будущую королеву?
Сказать, что я удивлена, – это ничего не сказать. Вот уж не ожидала, что из всех людей именно он будет на равных общаться со слугами. Большинство представителей знати такого себе не позволяют.
– Даже если и так, что с того? – вклиниваюсь я.
С горящими глазами Тристан поворачивается ко мне. Я не двигаюсь с места – лишь выпячиваю грудь.
– Значит, ему крупно повезло. – Принц делает шаг навстречу – от этой близости меня бросает в дрожь. – Смотрю, ты любишь бывать в местах, где тебя быть не должно, да, маленькая лань?
Я расправляю плечи:
– Не вижу ничего дурного в желании познакомиться с людьми, вдыхающими жизнь в стены этого замка.
Он вскидывает брови:
– Согласен.
Приглушенный стук с противоположной стороны кухни прерывает наш зрительный контакт.
Я поворачиваюсь лицом к стене:
– Что это было?
Никто не отвечает.
Встав из-за стола, я хватаюсь за юбки и направляюсь к источнику шума. Раздается еще один удар – на этот раз громче. Теперь я абсолютно уверена, что он исходит с внутренней стороны стен.
Я оборачиваюсь, встречаясь взглядом с Тристаном:
– Что там? По ту сторону.
Он молча стоит и ухмыляется, опираясь на угол стола и скрестив ноги.
– Пол? – с нарастающим напряжением обращаюсь я к повару.
Но тот лишь скрещивает руки на своем большом животе:
– Я не совсем понимаю, о чем вы говорите.
Снова хлопок.
Я вскидываю бровь:
– Хочешь сказать, что ты ничего не слышишь?
– Может, у тебя проблемы со слухом? – перебивает Тристан.
– С моим слухом все в порядке, благодарю за заботу, – щурюсь я. – Прекрати эти игры: ты с ума меня сводишь.
Тристан выпрямляется, подходит ближе и встает прямо передо мной, заслоняя мою тень.
– Неужели я обладаю столь могучей властью, чтобы свести тебя с ума?
– Никакой власти у тебя нет, – процеживаю я, хотя рука так и норовит стереть ухмылку с его лица.
Он цыкает, качая головой.
– Власть, ma petite menteuse[2], имеет одну отличительную особенность: ее не отдают даром; ее приходится отвоевывать.
– Ты говоришь по-французски? – Понятия не имею, как он меня назвал, но от звуков, стекающих с его языка подобно бархатному шоколаду, у меня внутри все клокочет.
Он ухмыляется:
– Я принц.
Тристан поднимает руку – от этого жеста у меня захватывает дух. Но вместо обжигающего прикосновения, которого я так ждала, он просто прижимает ладонь к стене возле моей головы. С громким скрипом стена сдвигается, и, точно из воздуха, появляется вход. Изумленная, я оборачиваюсь, вглядываюсь в темный туннель с каменными стенами – такое впечатление, будто замок слился своими внутренностями с горой, на которой стоит.
– Леди.
Я подношу руку к груди. В голове бурлит целый поток вопросов.
Эти туннели расположены внутри замка? Или они ведут прямо в город? Кому о них известно?
– Эй, леди, ты наступила на мой меч. – Голос выдергивает меня из мыслей.
Я вижу перед собой ребенка с глазами песочного цвета.
– Ой. – Отступив на шаг, я высвобождаю из-под ноги игрушечный меч. – Прости, пожалуйста. – Я сажусь на корточки и поднимаю игрушку; корсет болезненно вонзается в ребра, но я все равно остаюсь внизу, чтобы быть на уровне роста ребенка. – Ты, наверное, рыцарь?
Мальчик выпячивает грудь, и я замечаю на его смуглой коже небольшие пятна, похожие на следы от сажи.
– Я король.
– О, – округлив глаза, я берусь за голову. – Конечно, как я сразу не догадалась. Ты ведь и выглядишь как подобает великому королю. – Я кланяюсь и протягиваю ему игрушку. – Прошу меня простить, ваше величество.