— Нет, сэр, — одновременно гаркнули «атомщик» и «дизелист». При этом «дизелист», задержав взгляд на «атомщике», задал вопрос, который интересовал его с самого начала рандеву:
— Фамилия… Бест — это совпадение с…
— Тот самый, — не дав договорить до конца, ответил шеф разведки ВМС, — смытый за борт.[4]
— Я прочитал об этом случае в сводке происшествий по фло…
— Да, Джеймс, — фамильярно заметил седовласый шеф, ещё раз не дав Бредли договорить. — Бест у нас… человек — легенда! Он до последнего вздоха надеялся на свой экипаж и вместе они победили натиск стихии. За это я также с удовольствием выпью!
Троица проследовала внутрь отеля, пройдя через вращающуюся дверь в строгом соответствии с табелем о рангах — сначала старшие, затем младшие по должности и пришвартовалась за одним из столиков у рояля. Все они были моряками, а это значит, что «вискарь», несмотря на принципы конспирации, был употреблен неоднократно и ровно до тех пор, пока у очередной бутылки не засветилось донышко. Они даже что-то спели на морскую тему, известную только им, чем изумили постояльцев отеля и музыканта, явно рассчитывавшего на какие-то чаевые.
Старинный рояль продолжал озвучивать распрекрасные мелодии, но они мало интересовали разведчиков, для которых, как это обычно бывает у моряков после третьей рюмки, настало время выговориться. Забыв о старшинстве, разведчики перебивали друг друга, рассказывая тривиальные анекдоты и морские истории. Всем, кто оказался с ними по соседству, стало ясно: за столиком у рояля собрались прожженные мариманы. Очередной тост, как и положено, был выпит за то, чтобы количество погружений у субмарин совпадало с количеством всплытий!
Все же, какая никакая, а конспирация была соблюдена — невзирая на количество употребленного спиртного, они ни разу не обмолвились о своей непосредственной работе. Разведка — есть разведка!
Наутро от троицы откололся Эдвард Бест. Причина этому была самая заурядная. Ему понравилась та самая хорошенькая блондинка, накануне проводившая оформление гостиничных номеров.
— Дело молодое, — с некоторой завистью прокомментировал седоголовый разведчик, когда они уже вдвоем прогуливались все по той же Карнтнер Ринг. — Но я проверю, Джеймс, все ли здесь чисто. Горничные, портье, проститутки — самые лучшие источники для вербовки. Они удачно играют на мужских слабостях, находя уязвимые места. На этом построена целая теория вербовки, но вам это вряд ли пригодится. У вас с Бестом узкая специализация — поиск подводных объектов. Все просто: опустил аппарат, нашел объект поиска, заснял его и можно преспокойно двигаться домой. Хотя, в дальнейшем, будем и поднимать небольшие фрагменты этих самых, русских объектов. Наука не спит, и вы в этом скоро убедитесь, когда окажетесь в доке под брюхом «Гоуст».
— Ясно, сэр, — согласился Бредли и добавил:
— Мне, в принципе, понятна сфера разведывательной деятельности. Ведь я и раньше соприкасался с ней, высаживая и эвакуируя агентов ЦРУ на прибрежных направлениях.
— У побережья СССР, если мне не изменяет память? — театрально произнес шеф военно-морской разведки, как будто он об этом где-то слышал, а не знал досконально.
— Точно так, сэр!
— Теперь вы будете не соприкасаться, а руководить разведдеятельностью… А скажите мне, Джеймс, — сменил он тему разговора.
— Как долго вы задержитесь в Вене?
— Собственно говоря, нисколько, сэр, — Бредли посмотрел на своего нового шефа, как бы испрашивая его предложения на этот счет и тут же услышал просьбу:
— В таком случае, если вы не возражаете, я бы отправился с вами в Германию прямо сейчас — надо доделать кое-какие дела по линии ВМС ФРГ. По дороге я подробно введу вас в курс дела.
— Какие могут быть возражения, сэр, — преданно ответил Бредли. — Я в вашем полном распоряжении.
— Замечательно, Джеймс! Тогда — в путь!
Они тут же одновременно развернулись в противоположную сторону и отправились в отель собирать чемоданы. Не прошло и двадцати минут, как от отеля отчалил военный «Вил-лис». Швейцар ещё долго кланялся в сторону отъехавшей машины, сжимая в руках очередные десять немецких марок — у Бредли по-прежнему не было мелких денег.
Что касается Беста, то он влюбился. Причем впервые в жизни. Но этому судьбоносному явлению предшествовали другие события, сформировавшие его как закоренелого холостяка. Конечно, сказалась служба — она забирала все его время без остатка. И чем выше была должность, тем меньше оставалось времени на личную жизнь. Но было и другое, о чем догадывались единицы — Бест старался ни с кем не делиться. Суть этого события состояла не в том, что ему не нравились женщины. Нет. Просто к сорока годам его образ жизни сложился таким образом, что ему уже не хотелось что-то и как-то менять, под кого-то подстраиваться. И единственным ему верным другом была мать, которая, рано овдовев, разделила свою любовь между ним и умершим мужем.
4
Подобный случай действительно имел место, но не на американской, а на российской подводной лодке Б-81 «утюг» с командиром капитаном первого ранга Анатолием Некрасовым. К сожалению, он погиб.