В совместном докладе Института Лоуи и кафедры китаеведения в Центре стратегических и международных исследований Фримана говорится:
«С учетом масштабных чисток рядов партии, предпринятых Си, а также непрекращающейся кампании по борьбе с коррупцией, человек, которого Си выберет в качестве своего преемника, должен отличаться преданностью. Лишь при таких гарантиях Си будет чувствовать, что он, его семья и его соратники будут в безопасности после ухода в отставку. Борясь с коррупционерами в партийных рядах, Си нажил себе сотни могущественных врагов, что не оставляет ему возможности легкого отхода от руководства страной. Невозможно себе представить, что он передаст власть кому-то, не имеющему кредита лояльности».
Ряд экспертов называет имя Ван Хунина. Политолог А. Т. Габуев еще в 2017 году отметил, что он «очень органично вписался в команду Си Цзиньпина» и «сыграл большую роль в формулировании его идей». Габуев также подчеркнул, что почти весь состав Политбюро – это «либо прямые протеже Си, либо лояльные ему партийные боссы».
Теперь Си уже не первый среди равных и не CEO [14] China Inc., а сильный император, который после двух слабоватых предшественников восстанавливает позиции своей красной династии.
Называют также имена Ли Чжаньшу и Чжао Лэцзи. Но среди этих людей нет никого, кто был бы моложе Си Цзиньпина на 10 лет. Все его коллеги – 1950-х годов рождения: Ли Чжаньшу (1950), Ван Хунин (1955), Чжао Лэцзи (1957).
Премьер Госсовета Ли Кэцян был чуть младше Си Цзиньпина (1955 г. р.), но он умер 27 октября 2023 года.
Новым премьером Госсовета стал Ли Цян, и его недавно повысили в звании: он стал главой Центральной финансовой комиссии. Как отмечают эксперты, «такой чести не удостаивался ни один премьер», и некоторые тут же заговорили о том, что Си Цзиньпин «начал передавать больше полномочий чиновникам, понимая, что чрезмерное сосредоточение компетенций у одного человека не отвечает интересам государства». Но Ли Цян 1959 года рождения, и пока неизвестно, насколько независимой в действительности будет Центральная финансовая комиссия.
Ли Цян в качестве премьера должен заниматься экономикой. Его новое назначение показывает, что эта область вызывает беспокойство Пекина. Си Цзиньпин концентрировал власть и прежде, ставя на ведущие посты людей из своей группы. Ли Цян тоже его человек. Но поскольку речь об экономике, логично, что премьер-министр будет этим заниматься. Что же касается преемника, вряд ли Си Цзиньпин вообще думает о преемниках. Ведь он ликвидировал существовавшую ранее систему преемничества. Правда, не исключено, что он видит человеком № 2 Ли Цяна.
А между тем, если следовать выработанному шаблону, политический портрет преемника должен быть таков: это «молодой» политик, которого включают в Постоянный комитет Политбюро в возрасте до 57 лет (кстати, сам Си Цзиньпин стал таковым в 54 года, а Ху Цзиньтао – в 49 лет), что позволяет «пообвыкнуться» в высших эшелонах власти одну «подготовительную» пятилетку.
Почему именно 57 лет? Потому что в Китае до последнего времени существовал негласный предельный возраст на госслужбе – 68 лет, и 68 лет – это был порог выхода на пенсию, при достижении которого политикам давали «досидеть» еще пару лет до следующего съезда, а потом просили дать дорогу «молодым».
Сценарий № 2: уход на XXI съезде КПК в 2027 году или XXII съезде КПК в 2032 году
Некоторые эксперты считают, что Си Цзиньпин все же понимает важность гладко функционирующего процесса передачи руководства страной. И, возможно, он не полностью отмел принципы нормализации преемственности, а просто решит отсрочить уход в отставку до тех пор, пока не будет уверен, что это можно будет сделать безопасно.
Эти эксперты считают, что у Си Цзиньпина пока просто не было времени подготовить себе преемника, правильно обученного для более высокой должности (вышеперечисленные потенциальные преемники к 2027 году точно превысят возрастной лимит).
В совместном докладе Института Лоуи и кафедры китаеведения в Центре стратегических и международных исследований Фримана говорится:
«В большинстве современных демократий уходящие лидеры в целом уверены, что после отхода от власти они останутся на свободе и смогут решать, участвовать им в политической жизни или нет. В отличие от них авторитарные лидеры не чувствуют себя в безопасности, поскольку не могут быть уверены в безопасности родных и близких и в неприкосновенности своих финансовых активов в случае ухода с высшего поста».