– Ну да, как же! – рассмеялся Тони. – Тебе приснилось, приятель? Эта девочка – Блэкуэлл!
Он хотел сказать что-то еще, но заметил пепельное лицо Робби.
– О Господи! Ты это серьезно?! Она действительно твоя сестра?
– Мне нужно вернуться домой.
Ив смотрела в тонированное окно лимузина. Прошло больше года с тех пор, как она последний раз выходила из дома.
От пестрой уличной суматохи у нее начинали болеть глаза. Лотки с мороженым и хот-догами на каждом углу, двое стариков, громко препирающихся из-за такси, бизнесмены с Уолл-стрит, заглядевшиеся на попку хорошенькой девушки в шортах…
Как ей не хватает жизни! Не хватает окружающего мира! Всего, что украл у нее Кит!
Ив взглянула на сына, мрачно уткнувшегося в окно. Макс не больше матери хотел ехать к Лекси. Ив внушила ему ненависть к кузенам Темплтон, держала на капельницах презрения с тех пор, как он научился ползать.
– Никого мы не ненавидим. Особенно родственников…
На губах Ив, скрытых вуалью, заиграла улыбка.
Лекси хихикала. Сидя, скрестив ноги, на полу, вместе с Питером и Рейчел, своей переводчицей, она играла в «цветные палочки»[18].
– Я выигрываю, – просигнализировала она Рейчел.
Переводчица, хорошенькая рыжая девушка лет двадцати, улыбнулась и просигналила в ответ:
– Знаю.
Лекси делала поразительные успехи. Уже через неделю она усвоила основы языка глухих и быстро и точно читала по губам. Когда доктора сказали Питеру, что глухота дочери неизлечима, он не смог сдержать слез. Но сама Лекси держалась спокойно и уверенно, как могут только восьмилетние девочки. Если не считать той, единственной, истерики, она не выказывала никаких признаков травмы или депрессии.
– У детей зачастую бывает замедленная реакция на подобные события, – объяснил Питеру главный психотерапевт больницы.
Используя кукол и картинки, Лекси показала полиции и докторам, что именно с ней случилось: сексуальное и физическое насилие, – но делала это с почти тревожащей жизнерадостностью.
– То, что вы видите сейчас, – это самозащита организма. Но ей не удастся вечно отгораживаться от действительности.
В программу реабилитации Лекси входило посещение ожогового отделения, где все еще лежал агент Эдвардс – человек, рискнувший жизнью, чтобы ее спасти. Вопреки зловещим прогнозам ему удалось выжить, но лицо и торс навсегда остались изуродованными.
– У нее может быть срыв, – предостерегали Питера психиатры.
Но срыва не произошло. Лекси спокойно подошла к кровати Эдвардса, взяла его за руку и улыбнулась.
– Ну и девочка у вас! – восхитился Эдвардс, когда Лекси отошла.
– Знаю. И она жива только благодаря вам.
В этот же день Питер перевел на счет Эдвардса три миллиона долларов. Он не мог вернуть бедняге лицо. Но сделал все, чтобы остаток своей жизни тот прожил в роскоши.
В дверь постучала медсестра:
– К вам посетитель.
Кит Уэбстер заранее предупредил Питера о приезде, и тот очень удивился: их семьи никогда не были близки. Питер не доверял Ив, а Кит всегда казался ему немного странным. Но Макс вроде бы славный малый. Неплохо будет, если он и Лекси подружатся.
– Пригласите их.
Дверь открылась. Глаза Лекси зажглись, как свечи на именинном торте.
– Привет, малышка! Я скучал без тебя.
Роберт подхватил сестру на руки, и Лекси доверчиво прильнула к брату.
Питер прирос к месту. Страшно признаться, но за последние три недели он ни разу не подумал о Робби. Похищение Лекси затмило все остальные беды. И сейчас сын и его проблемы словно остались в другой жизни. Но Робби приехал. С их последней встречи прошло всего три недели, но сын выглядел другим человеком.
– Я больше не пью, па. И никаких наркотиков. Навсегда.
Лекси повисла на шее брата. Он продолжил:
– Я заключил сделку с Богом. Если он спасет Лекси, если позволит ей выздороветь, я клянусь найти свой путь в жизни. Обещаю, па.
– Надеюсь, так и будет, Роберт.
Питер неуклюже обнял сына за плечи, вспоминая, каким красивым, послушным мальчиком тот был в детстве. Может, этот мальчик до сих пор живет в душе сына? Если это так, сможет ли он простить отца за все, что тот сделал?
«Я мог бы застрелить его. Убить собственного сына…»
Все еще держась за Робби, Лекси обняла Питера и притянула ближе. Питер неловко взглянул в глаза Робби. Прежний гнев испарился. Осталась только грусть. И видимо, навсегда.
Рейчел, наблюдая за ними, восхитилась этой сценой. Что за чудесная семья! Им так много пришлось пережить. Неудивительно, что они так близки. Бедняги!
– Надеюсь, мы вам не помешали? Если да, можем прийти позже.
В дверях стоял улыбавшийся Кит. Позади, рука об руку, маячили Ив и Макс.
18
Задача игры состоит в том, чтобы выбрать как можно больше палочек с одинаковым рисунком.