– Думаю, «Синий Бэнн», сказал Хиг.
Она могла бы поспорить, что он преувеличил, когда сказал, что посещал магловские заведения часто, ведь Приливная зона казалась такой же замкнутой, как и большинство магических сообществ, но её впечатлило, что он смог вспомнить его.
– Закусочная в паре часов на запад от Приливной зоны, – он почесал свой подбородок. – После вашего первого знаменательного визита мы пытались выяснить происхождение Красных колпаков, оказались в горах Беркшира, и у нас была возможность пообедать там. Очаровательное место. Прекрасные пончики.
Пир допил своё пиво, икнув в конце:
– Неплохо, неплохо.
– … их подают горячими, – сказал Хиг, нахмурившись, и покачал головой. – Итак, Гермиона… касательно волшебных палочек для гоблинов и открытия границ… Тауэр ведь сделает для нас исключение? Знаю, формально вы не руководите этим, но в ваших руках сила. Уверен, мистер Поттер не боится poudre de succession[164], но полагаю, если бы вы дали мне слово, было бы…
– Нет, – решительно сказала Гермиона.
Хиг замолчал и подарил ей выразительный взгляд, сжав губы от неожиданности и недовольства.
Я способна уловить намёк, коротышка… но это не значит, что ты всё время будешь вести меня лишь к своим целям.
– Во-первых, я не могу быть абсолютно уверенной в том, что Визенгамот и другие законодательные учреждения согласятся с каждым из этих изменений в Договоре или захотят сделать исключение. Поведение нашего Министерства Магии – а оно наше, уж поверьте, – мы можем контролировать, Советник. Но несмотря на идиотскую пропаганду Независимых, этой шайки крикливых убийц, недовольных тем, что мир ускользает из их кровавой схватки, мы не контролируем остальные народы Договора, что Пир может подтвердить, – сказала Гермиона. Она говорила решительно, но всё же любезно.
Пир не знал, как реагировать на неожиданное изменение тона беседы, но у него было достаточно опыта, чтобы просто кивнуть.
– Во-вторых, американские гоблины получат палочки тем или иным путём. Если Совет рекомендует не подписывать Договор, и народы Америки последуют рекомендации – а как же иначе, – даже тогда, как мне кажется, в Нью-Мексико появятся палочки. – Она выдержала секундную паузу для эффекта. – Не по нашей инициативе, но вы наверняка знаете, что это уже происходит. У гоблинского народа крепкие узы, и Кёрд с Аклом уже берут в руки палочки, – когда шёл этот разговор, она не знала, что американские гоблины получают палочки от своих британских и ирландских сородичей… но это можно было смело предположить. И Хиг не мог быть уверенным в обратном.
– Думаю, Волшебный Конгресс сможет уследить за нашими волшебными созданиями, – сказал Хиг. Выражение его лица смягчилось. – И у всех британских таможенных регуляторов скоро появится время… они смогут следить за вашими гоблинами.
– Но они не станут, – уверенно заявила Гермиона, её тон снова был жёстким. – Мне жаль, Рэдж. Я считаю, что условия уже более чем мягкие. Самое большое, что мы можем сделать, – это увеличить исследовательскую стипендию.
«Всегда оставляй оппоненту возможность одержать небольшую победу… и пусть он знает, что это ты позволяешь ему победить». Так говорил Драко, цитируя своего отца. Хороший политический совет.
– Стипендия и без того должна быть увеличена, поскольку её размер совершенно не покрывает потребности, – сказал Хиг, сплетая руки на столе перед собой. – Если нам придётся поглотить кикимор и вампиров со всего мира, к их удовольствию, денежные суммы должны быть увеличены втрое и привязаны к стоимости пшеницы.
– Мы увеличим суммы на двадцать пять процентов, но не станем увеличивать их каждый год, чтобы поспеть за инфляцией… особенно когда инфляция оценивается товаром, отпускной ценой которого можно манипулировать.
Пир наблюдал за перепалкой, открыв рот.
– Если вы не поднимите суммы до справедливого уровня, и они сократятся до копеек за мою жизнь, это будет оскорблением, а не подарком, – сказал Хиг, качая головой. – Полагаю, увеличения в два с половиной раза будет достаточно. И мы могли бы использовать корзину оптовых товаров для оценки «инфляции», – последнее слово он произнёс с явным удовольствием. Она знала, что он читает магловские новости… но, возможно, он никогда не касался тончайших деталей финансового дела. Забавно, какое преимущество даёт чтение Файнэншл Таймс.
164
В XVII веке представители французской аристократии применяли мышьяк для уничтожения соперников и богатых родственников. В связи с этим яд впоследствии называли «poudre de succession», «порошок наследования»