— Не потеряли ли паспорта? — встревожилась мисс Марлоу.
— Нет! — мрачно ответил молодой мистер Орде. — Паспорта при мне, причем не только наши с тобой, но и все остальные!
Услышав эти слова, мисс Марлоу чуть не упала в обморок.
Нет, у мисс Марлоу и мистера Орде определенно что-то не так, решил Синдерби.
Агент догадывался, что в Кале ему придется несладко, но он никак не рассчитывал, что придется полдня рыскать по галантерейным лавкам в поисках ночной рубашки для шестилетнего ребенка.
К сожалению, это было только началом его неприятностей. Ни деньги сэра Наджента, ни собственное красноречие мистера Синдерби не помогли ему раздобыть две дополнительные спальни в переполненном «Серебряном льве». Мисс Марлоу пришлось поселиться в комнате для служанки ее светлости, а мистер Орде разместился с сэром Наджентом, что, естественно, не привело в восторг ни одного из джентльменов. Молодая девушка, которую наняли прислуживать ее светлости, вряд ли устроит капризную госпожу, поскольку ей не доставало хороших манер. Значит, жалобы леди Ианты не заставят себя долго ждать.
Вернувшись в гостиницу после набега на магазин в поисках ночной рубашки, Синдерби обнаружил, что мастер Рейн наотрез отказался от превосходной bonne, которую агент для него нашел.
— Вынужден был отослать ее, — сообщил ему сэр Наджент. — Глупая девчонка начала лопотать с Эдмундом по-французски. Конечно, мальчишке это пришлось не по душе, и он сразу же рассердился. Я понял, чем все закончится, как только она произнесла свое «бонжур». «Вот увидите, — предупредил я мисс Марлоу, — она у нас долго не задержится». Так и получилось. Однако это неважно. Мисс Марлоу собирается присматривать за Эдмундом. Чертовски удачно, что мы захватили ее с собой.
Леди Ианта слегла в постель, как только они прибыли в «Серебряный лев». Так что ужинать в отдельной гостиной уселись только три участника экспедиции. Эдмунд, который ожил, словно по мановению волшебной палочки, едва только ступив на твердую землю, заснул в узкой кроватке, которую поставили для него в мансарде, где находилась комната Фебы. Лакей сэра Наджента присматривал за мальчиком, пока господа ужинали, и одновременно стирал и гладил единственную рубашку Эдмунда. Петт пообещал делать это каждый день до тех пор, пока в гардеробе юного джентльмена не появится что-нибудь еще.
Феба слишком устала после тяжелого плавания, чтобы поддерживать вежливую беседу, а Том погрузился в личные проблемы. Поэтому вся тяжесть по поддержанию светской беседы легла на плечи сэра Наджента, который в течение ужина развлекал компанию воспоминаниями о счастливых происшествиях. Однако после того, как тарелки были убраны, он извинился и отправился насладиться одной из своих сигар.
— Слава Богу, наконец-то мы остались одни! — воскликнул Том. — Феба, необходимо обсудить наше положение. Нужно во что бы то ни стало решить, как поступать дальше. Не хочу преувеличивать, но факт остается фактом — мы оказались в чертовски тяжелой ситуации.
— Похоже, ты прав, — с поразительным спокойствием согласилась мисс Феба Марлоу. — Но по крайней мере я знаю, что мне делать. Надо написать два письма. Я поговорила с туристским агентом сэра Наджента, и он обещал договориться, чтобы их переправили в Англию первым же рейсом. Письмо бабушке и паспорта доставят прямо в гостиницу «Корабельная», правда, мистер Синдерби предупредил меня, что если ветер не изменит направление, завтра ни одно судно не отплывет. — Феба тяжело вздохнула и покорно произнесла: — Другого способа сообщить новости бедной бабушке у меня нет.
— А кому второе письмо? Салфорду? — проницательно осведомился Том.
— Конечно, ему. Если герцог до сих пор не знает, куда бежала Ианта…
— Я в это что-то не очень верю, — не дал ей договорить Том Орде. — Особенно если он услышит о знаменитой карете Фотерби.
— Я тоже надеюсь на это, — кивнула Феба. — Но герцог мог и не слышать об этом, поэтому я сообщу ему новости, напишу, что останусь с Эдмундом и буду любыми путями стараться отправлять ему с дороги весточки, где бы мы ни останавливались.
— Ого! — воскликнул Том. — Вот значит как ты решила! Тогда письма подождут! Сначала обсудим наши дела! Сколько у тебя денег? — Феба Марлоу покачала головой. — Нисколько? Я так и думал. Все мое богатство состоит из меньше чем двух Желтых Парней[15], пятнадцати шиллингов и нескольких полупенни. Пачка бумажных ассигнаций, которые дал мне отец, осталась в чемодане в Дувре. Думаю, Фотерби не откажется дать мне немного взаймы, но, хочу заметить, что это идет вразрез с моими принципами. Мне уже и так пришлось одолжить у него рубашку, несколько галстуков и носовых платков. А как у тебя дела с одеждой?