Махалингама, казалось, это слегка заинтересовало.
— Итальянец? Что делать итальянцу в малайском штате Перак?
— Он — торговец резиной.
— Ну что ж, посмотрим, что это за итальянский торговец резиной. Скажите ему, что он может войти в мой дом.
И я, все так же чувствуя за спиной дыхание мальчишки-идиота, пошел к двери и позвал; грязно-белая фигура Карло быстро промелькнула в темноте и оказалась у освещенного крыльца.
— Карло, — сказал я, когда он, улыбаясь, вошел, — это мистер Махалингам. Мистер Махалингам, это мой друг монсиньор Кампанати.
— Резиной не торгует, — оскалился Махалингам.
— Ах, нет, — оскалился в ответ Карло. Он вынул…
Сейчас, мой читатель, вы поймете, в чем мое затруднение. Если бы это было выдумкой, мне не составило бы труда держать вас в напряжении неверия но, поскольку это не вымысел, вам придется мне поверить. И однако же, есть ощущение, что всякое воспоминание является вымыслом, хотя изобретательность памяти не служит подспорьем искусству, которое в свою очередь призвано служить чему-то такому, что глубже фактологической достоверности. Память лжет, но насколько, точно сказать невозможно. Я могу лишь пересказывать то, что в ней сохранилось.
Он вынул из-за пазухи наполовину расстегнутой сутаны красиво сделанное распятие из тяжелого металла.
— Вот мое ремесло, — сказал он.
Махалингам что-то рявкнул мальчишке-идиоту. Карло, казалось, был готов к реакции мальчишки, который с кошачьим урчанием и с кошачьим же проворством кинулся на его толстую тушу. Карло поднял крест и плашмя ударил им мальчишку по темени, а затем быстрым движением кисти нанес ему еще один удар пониже уха поперечиной креста. Я никогда не думал, что увижу это варварское орудие казни примененным таким образом. Все произошло очень быстро к изумлению Махалингама. Затем Карло, орудуя крестом как ледорубом, снова обрушил его на череп мальчишки. Тот рухнул и потерял сознание, на губах у него выступила пена.
— Ах, — снова произнес Карло, глядя на упавшего мальчишку.
Тут уже сам Махалингам бросился на него, рыча тамильские ругательства.
— Если я, — сказал ему Карло, — опущу этот крест на ваш лоб, он будет гореть огнем и огонь этот пронзит ваш мозг. Вы знаете это.
Держа свой “Римский ритуал” в одной руке, а крест в другой, он сказал мне:
— В моем левом кармане ты найдешь резиновый контейнер. Так что, резиновый бизнес это — не совсем вранье. В нем святая вода. Вынь его и побрызгай святой водой лицо этого джентльмена. От святой воды вреда не будет.
Я сделал, как мне было приказано, нашел у него в кармане резиновую грушу с наконечником и брызнул из нее Махалингаму в глаза, что было непросто, поскольку он с ревом размахивал своими толстыми руками перед носом Карло, а Карло отбивался от него крестом, так что мне пришлось плясать вокруг них, чтобы попасть. Когда жидкость попала Махалингаму в левый глаз, повеяло отнюдь не святым духом нашатырного спирта. Махалингам заорал и закрыл глаз ладонью. Я брызнул ему в другой глаз. Он заорал еще громче и закрыл второй глаз. За кухонной дверью, я уверен, находился весь его сераль, но дверь была заперта. Мужские дела, наверняка привыкли к шуму. Это не было похоже на экзорцизм, о котором я читал, но метод Карло выглядел вполне уместно: в конце концов, надо же как-то заставить субъекта слушать. Карло по-женски приподнял полу своей сутаны и нанес Махалингаму сокрушительный удар ногой в живот. Махалингам покатился по полу.
— Вот и хорошо, — произнес Карло. — Мальчиком я должен заняться.
Он раскрыл свою книгу на 366-й странице. Крестя и крестя воздух правой рукой, держа в левой книгу, он ревел слова литургии:
— … Audi ergo, et time, satana, inimice fidei, hostis generis humani, mortis adductor, vitae raptor, justitiae declinator, malorum radix, fomes vitiorum, seductor hominum, proditor gentium, incitator invidiae, origo avaritiae, causa discordiae, excitator dolorum…[336]
Это, оказывается, не столь уж и непонятный язык. В тамильском много заимствований из санскрита, а санскрит есть старшая сестра латыни.
— Quid stas, et resistis, cum scias, Christum Dominum vias tuas perdere?[337]
Тело мальчишки последовательно испустило череду ужасных запахов — тухлого мяса, перезрелого дуриана, засоренной канализации. Рот его раскрылся и издал звук, напоминающий скрежет автомобильных тормозов. Он равномерно пукал в медленном ритме, затем раздался звук опорожняющегося кишечника.
— Неприятно, — прокомментировал Карло. Конечности мальчишки двигались как поршни. Длинная струйка какой-то кашицы потекла у него изо рта.
336
Audi ergo, et time, satana, inimice fidei, hostis generis humani, mortis adductor, vitae raptor, justitiae declinator, malorum radix, fomes vitiorum, seductor hominum, proditor gentium, incitator invidiae, origo avaritiae, causa discordiae, excitator dolorum… (лат.) — Слушай и страшись, Сатана, враг веры, враг рода человеческого, навлекатель смерти, похититель жизни, отвергатель справедливости, корень зла, подстрекатель зависти, совратитель человека, предатель народов, причина вражды, источник жадности, возбудитель раздоров, причинитель боли…
337
Quid stas, et resistis, cum scias, Christum Dominum vias tuas perdere? (лат.) –
Почему не уходишь и противишься, коли знаешь, что погибнешь именем Господа Христа?