Силы Земные [ЛП]

Я как раз дочитал до слова “испорченность”, когда Карло издал такой храп, от которого сам проснулся. Через минуту он вышел из спальни в мятой рубашке, но явно посвежевший, чмокая губами, с ясными глазами, готовый к драке. Я захлопнул рукопись. Я дочитаю ее потом, но я уже теперь был принужден сказать ему, что не могу, что пусть он даст ее кому-нибудь еще, что это не мое дело. Карло кивнул без всякого неудовольствия, снял крышку с чайника, убедился, что чай еще в нем оставался, хоть и остыл, и выпил горькую заварку прямо из носика.

— Не торопись, — произнес он влажными губами, — не спеши с выводами. Почитай внимательно.

— Я полагаю, — осмелился возразить я, — что это — очень опасный документ.

Он пришел в восторг.

— Именно. Религия, вообще, самая опасная на свете вещь. Это вам не маленькие девочки в дурацких конфирмантских платьях с дурацкими картинками и детьми святой Марии. Это, — с тщеславной улыбкой продолжал он, — взрывчатка, динамит, расщепление атома.

XLV

Я никогда в своей жизни не водил машину. В Лос-Анджелесе я пользовался студийной машиной, которая возила меня в Калвер-Сити и обратно домой, а для развлекательных поездок вызывал такси. Поэтому на вечеринку мы с Карло поехали на такси, а поскольку водитель нам попался очень болтливый, нам не удалось по дороге обсудить его святой или несвятой проект.

— Посадил к себе этого типа, британца, Кэри Гранта[427], оказался он чертовски скупым, понимаете, за пятидолларовою поездку дал всего десять вшивых центов на чай. Но вот Джинджер Роджерс[428], она — истинная леди, да, сэр, это ведь не настоящее ее имя, вам известно это? А вы тоже в кино работаете? — спросил он после короткой паузы. Карло глазел на эти бесконечные пригороды, считавшиеся городом, как на мир падших людей: на харчевню, построенную в форме сфинкса с входной дверью между лапами, другую забегаловку в виде присевшего на корточки словно по команде погонщика слона, где подавали огромные порции солодового напитка, столь густого, что невозможно было сосать его через соломинку; мишурные храмы всевозможных вероисповеданий, крыши из пальмовых листьев с коринфскими колоннами в киосках, где торговали вегетарианскими гамбургерами с орехами; ссуды, ссуды, ссуды; магазины, заваленные уцененными радиоприемниками; пончиковая; дома похожие на швейцарские шале, на баварские замки, миниатюрные бленхеймы, земляничные холмы, тадж-махалы; банк в виде уменьшенной копии океанского парохода; пыльные деревья бульваров (финиковые пальмы, апельсины, олеандры); бары с неоновыми вечно струящимися бутылками; колледжи, где готовили каскадеров, гримеров, гробовщиков, выдающие дипломы тамбурмажоров. Ночью все это выглядело лучше, даже при тусклом свете уличных фонарей; при ярком свете калифорнийского солнца все это казалось позорным и жалким. Мы прибыли в жилой район знаменитостей, застроенный ацтекскими храмами, парфенонами и луарскими замками. Я дал шоферу доллар на чай. Посадил этого типа британца, оказался чертовски скупым, дал на чай всего-то вшивый доллар.

К дому Стормов вела длинная дорожка с усыпанными гравием стоянками для машин, стоянки быстро заполнялись; вдоль дорожки стояли каменные или гипсовые статуи патриархов в длинных одеждах и с раскрытыми ртами, из которых лилась мягкая органная музыка. Дорожка вела к фасаду, бывшему приблизительной копией Сан-Карло-алле-Куатро-Фонтане Борромини[429]. Внутри, как мне было уже известно, был холл, представлявший собой миниатюрную копию Паломнической капеллы Бальтазара Неймана[430], где можно было опустить киноэкран поверх алтаря. Спрятанные лифты вели вверх и вниз в комнаты в китайском, византийском, испанском колониальном и регентском стиле. Сзади особняк напоминал нечто похожее на церковь Сан-Виченцо и Анастазио Мартино Лунги-младшего. Этот задний фасад сегодня был залит огнями прожекторов, установленных на огромных лужайках, где, собственно, и должна была состояться вечеринка, хотя предполагались и карточные игры, и рулетка, и показ нового фильма, и распутство за закрытыми дверями. Над лужайками светили семь искусственных лун; настоящая луна, куда менее яркая восходила над дальними холмами. Оркестр играл на эстраде под потолком работы Пьера Луиджи Нерви[431]. Певец пел в микрофон:

427

Кэри Грант (англ. Cary Grant; настоящее имя Арчибальд Александр Лич; 18 января 1904 — 29 ноября 1986) — англо-американский актёр, который стал воплощением неизменного остроумия, невозмутимости и хладнокровия. Известен главными ролями в бурлескных комедиях, особенно довоенных, и в фильмах Альфреда Хичкока. Американский институт кино признал его величайшим киноактёром в истории Голливуда после Хамфри Богарта.

428

Джинджер Роджерс (англ. Ginger Rogers, 16 июля 1911 — 25 апреля 1995) — американская актриса и танцовщица, обладательница премии «Оскар» в 1941 году. Стала наиболее известна благодаря совместным выступлениям в паре с Фредом Астером. В 1999 году Джинджер Роджерс заняла 14 место в списке 100 величайших звёзд кино.

429

Сан-Карло алле Куатро Фонтане (итал. San Carlo alle Quattro Fontane, также San Carlino, что значит «церковь св. Карла у четырёх фонтанов») — эталон причудливой барочной криволинейности, спроектированный и построенный в Риме одним из самых экстравагантных мастеров барокко — Франческо Борромини. Строилась она по борроминиевскому проекту в 1638–1677 гг. и была освящена в честь канонизированного миланского кардинала и реформатора церкви Карло Борромео, а также Пресвятой Троицы. В 1999 году основательно отреставрирована.

430

Иоганн Бальтазар Нейман (нем. Johann Balthasar Neumann, часто без первого имени — Бальтазар Нейман; 27 января 1687, Хеб — 19 августа 1753, Вюрцбург) — немецкий архитектор барокко и рококо) (На родине в Германии и в истории архитектуры Запада известен как Бальтазар Но‘йман). Паломническая капелла на горе св. Николая (de. Nikolausberg) над Майном в Вюрцбурге — последнее произведение архитектора, построенное в 1747–1750 годах. Внутренняя отделка выполнена Фойхтмайером и Матерно Босси, фрески — Матеусом Гюнтером.

431

Пьер Луиджи Нерви (итал. Pier Luigi Nervi) — выдающийся итальянский инженер и архитектор, прозванный «поэтом железобетона». Изобрёл и ввёл в строительную практику армоцементные конструкции. Профессор Римского университета (с 1946 г.) Учился на инженерном факультете Болонского университета (1908–1913). По окончании учёбы два года работал проектировщиком в конструкторском бюро «Общество железобетонных конструкций». В ходе Первой мировой войны с 1915 по 1919 год служил в военно-инженерных войсках. После окончания службы вернулся во флорентийское отделение «Общества железобетонных конструкций». В 1928 году Нерви создает фирму железобетонных конструкций «Инженеры Нерви и Неббиози» в Риме, просуществовавшую до 1932 года. В период с 1928 по 1932 год при непосредственном участии Нерви создаётся ряд объектов в Риме, Неаполе, Бари, Лечче. Самым важным проектом этого периода жизни Нерви стал стадион Артемио Франки во Флоренции (1930–32, аналитический функционализм). Строительство этого спортивного сооружения вместительностью 35 тысяч человек принесло Нерви широкую известность в архитектурных и инженерных кругах Европы.