Выпив горячего чая, я прилег на диванчике, где мы отдыхаем во время плавания. Утром я чувствовал себя бодрым, сварил и съел завтрак (овсянка и гречка — каждой по жменьке, протертые на крупной терке морковь, банан и кусочек калебасы — тыквы. 20 минут на легком огне. Объедение! Рекомендую всем. Только не забудьте добавить чуточку сливочного масла. И кружку зеленого чая рядом). А через тридцать минут почувствовал, что мое тело горячее. Но не от чая. Замерил температуру — 38,5 °C. «Хороший» был дождь!
В маленьком порту Guaripari мы в полночь отдали якорь сразу же за воротами, проскочив 150 миль за 28 часов. Ветер к тому времени затих, это верный признак, что утром задует NE.
Я не люблю заходить ночью в незнакомый порт, когда нельзя на глаз определить расстояние до опасно пенящегося рифа недалеко от входа. Но обстоятельства иногда заставляют. Хорошо, выручает радар. Наш старенький «Furuno» — более 20 лет ему — не имеет сигнализации и других «модерных» новшеств, которые часто подводят доверчивых мореплавателей. Для меня, старого капитана, помнящего первый советский «Створ», вполне достаточно того, что можно измерить расстояние и видеть общую картину. А общая картина была такая: с левого борта (мы стояли носом на Е) в 1,5 кабельтовых — гранитный отшлифованный волнами плоский берег и скудно освещенный одноэтажный отель, по корме в одном кабельтове — две высокие скалы, на одной из них стоит примитивная скульптура человека-идола, которую европейские церковники почти 15 столетий используют для одурачивания и эксплуатации простых людей. Глубина — 5 метров, грунт скалистый, плохо держащий якорь, но тем не менее на карте это место показано как якорная стоянка для яхт.
Утром к нам подошли на лодке два молодых рыбака и начали выбирать сеть, оказавшуюся под нашей якорь-цепью. Я стал медленно поднимать якорь. Показалась закрученная на цепи сеть. (Ночью течение менялось, и нас разворачивало несколько раз.) Один из рыбаков схватил длинный нож и хотел перерезать ее.
«Стоп!» — закричал я. Моя морская практика говорила: никогда не спеши резать.
Я взял сеть и начал потихоньку освобождать ее. Через пару минут она была свободной, а на лицах рыбаков — счастливые улыбки. Гина тоже радостно улыбалась.
Этот утренний эпизод расшевелил нас. Мы подняли якорь и пошли вглубь порта, где виднелись мачты нескольких шхун. Нам повезло. Бразильская яхта, стоящая у маленького причала-понтона, вскоре ушла в сторону моря, и мы ошвартовались на это единственно свободное место. Стоять у плавучего понтона и не думать о приливах-отливах, заставляющих подбирать или удлинять швартовы, очень удобно, и мы были рады. А когда в полдень задул 5-балльный норд-ост, Гина обняла меня. «Какой ты молодец, что заставил меня согласиться выйти в море из Buzios!» (Английская яхта «Taraki» — мы встретились с ней позже в Cabedelo — пришла туда из Уругвая без остановок за 21 день, 15 дней был встречный норд-ост.) Когда стоишь в надежном укрытии и понимаешь, что твой расчет был правильным, что ты вовремя убежал от ненастья, на душе появляется какая-то радость: то ли эгоистическая, как у спортсменов (ведь кто-то сейчас мучается в море), то ли радость творческая (как-никак точный расчет — это творчество).
Иностранные яхты — редкие гости в этом порту. Для прогуливающейся вечером публики наша «Педрома» с британским флагом была экзотикой, и люди часто останавливались у парапета напротив.
Я спокойно «наслаждался» простудой. Третий день был кризисным — 39 °C. Затем температура стала спадать. Семь дней, согласно утверждению врачей, нужно на поправку от простуды. Как на сотворение нашей Планеты, которую еврейский бог 5700 лет назад в спешке сварганил за 7 дней, если верить самой несуразной книге — Библии. Как можно говорить, что Библию (в переводе значит «книга») написали умные люди! Кроме эротической части «Песня Песен», все там сплошная, порой ужасно-кровавая чушь. Не хочу обижать иудеев-евреев, сочинивших эту писанину. Год назад в Уругвае один мудрый пожилой еврей — выходец из Польши Абрам Вовк, он 40 лет в Коммунистической партии Уругвая, даже во времена кровавой диктатуры 70-х активно работал в подполье — сказал мне: «Две самые глупые в мире нации: первая — евреи, они никогда не живут в мире[19], вторая — русские, добровольно отдавшие себя в рабство первым».
…«Индикатор здоровья» утром был по-юношески тверд, значит, пора выходить в море. После короткой стоянки в порту Vitoria мы направились к островам Arbolhos. Этот небольшой безлесный архипелаг знаменит тем, что в июне-июле сюда приходят для размножения горбатые киты из Антарктики. В некоторые годы их собирается до 3 тысяч. Отсутствие акул и косаток (китов-убийц) делает эти мелководные места удобными для воспроизводства потомства. Некоторые особи горбачей достигают в длину 20 метров и весят 75 тонн. У них самые большие из всех китовых грудные плавники — 5 метров. Живут они до 100 лет. Самки рожают детенышей (5 метров, 2 тонны) на мелководье, где легче поднять их на поверхность моря для первого вздоха. Малыши сосут материнское молоко один год.
19
14 мая 1948 года образовано государство Израиль. 14 мая 1948 года Израиль вкупе с мировым еврейским сообществом начал войну с арабами, которая продолжается без единого мирного дня почти 60 лет. Но Абрам имел в виду не только это. Расизм, заложенный сионистами в души простых евреев, сделал их высокомерными и агрессивными.