— То есть отправиться туда, где не знают о волнах? — заключил он с хмыком.
— Да. Наверное. В холодильнике измучились ожиданием два ведерка с мороженым. Пора оприходовать первое, — вскочив, я направилась на кухню. До чего же здорово дома! Правду говорят, с милым и рай в шалаше. Люблю наш шалаш и своего милого.
Все-таки пожалев шубку, я повесила её в шкафу-прихожей и переоделась, натянув футболку, растянутый вырез которой норовил сползти с плеча, дополнив шортиками, привезенными с курорта. Мэл тоже сбросил деловое облачение и развалился рядом на кровати. Его рубашка, небрежно брошенная на сумку, живо напомнила мне о болезненном вопросе стирок и глажек. Кандидат номер один для постирушек готов, потому что Мэл предпочитает свежие рубашки каждый день. Утешает одно: рубашек у него — тысяча и одна штука. Но ведь тысяча — не бесконечность. Когда-нибудь она закончится, а ворох грязных рубашек в углу будет неуклонно расти. Может, запихивать их в безразмерную сумку, чтобы не нервировали?
Лучшее средство от приступа нервозности — сладкое, и желательно побольше.
— Будем ходить в столовую? — поинтересовалась, нагружая ложку мороженым. Мэл кормил меня, а я — его. Лакомство из ведерка имело разный вкус: на мой язык ложились сплошь экзотические фрукты, а Мэл поглощал классическое эскимо.
— Будем, — ответил он с преувеличенно мученическим вздохом.
— А на "Турбе" покатаешь?
— Покатаю, — отозвался с куда большим оптимизмом Мэл.
— Охранники останутся по соседству?
— Ненадолго. Потом будут приезжать по звонку. Ты можешь вызывать кнопкой на браслете. Смело пользуйся их машиной. Отвезут, куда потребуешь.
Надеюсь, тотальный контроль позади. А то у меня совершенно не осталось личного пространства, разве что уединение в туалете и в душевой. Хотя последнюю можно смело вычеркивать, потому что я частенько принимала душ с Мэлом. А вот танк дэпов[19] вскоре потребуется.
— Перед фотосессией поеду в переулок Первых Аистов со стилисткой, — предупредила Мэла.
Правда, Вива пока не знает об этом. К тому же за мной числится должок за посещение загробного мира.
Мэл вскочил, всколыхнув кровать, и направился к платяному шкафу. Достав из кармана пиджака какую-то карточку, протянул мне.
— Здесь двадцать тысяч. Негусто, но попробуй уложиться.
Темно-зеленый прямоугольник с золотым тиснением ошарашил меня.
— Д-двадцать?! Откуда?
— Дали на работе. Это аванс.
— М-мэл… — от волнения я забыла о Гошике и Егоре. — Это же… уйма денег! А ты студент! Тебя приняли наемным убийцей? Или предложили место директора корпорации?
Он рассмеялся.
— Нет. Я же говорил, это известная компания, она специализируется на вис-улучшениях. Подробнее рассказать не могу. Расписался в неразглашении.
— Даже мне?! Почему?
— Они боятся промышленного и бытового шпионажа. Любая фирма оберегает себя от утечки информации к конкурентам. Но тебе кое-что поведаю на ушко. В общих чертах, — ухмыльнулся Мэл.
— Ужасно интересно.
— Ладно, — обнял он меня. — Расскажу несколько тайн успешной коммерции. Любому производителю хочется, чтобы потенциальные покупатели чаще запускали руку в кошелек. Поэтому вещи с улучшениями по износостойкости и повышенной прочности невыгодны. Ковер со столетней гарантией от вышаркивания нужен только покупателю. А производителю нужно, чтобы покупатель менял ковер в гостиной… так, не будем наглеть… допустим, каждые пять лет. Как заставить лопоухих покупать то, в чем нет надобности? Вводить малофункцнональные улучшения в состав ворса и разворачивать широкую рекламную компанию. Цель рекламы — добиться, чтобы ковру присвоили статус модной и стильной детали интерьера. В этом сезоне настоящий писк — уникальный массаж стоп. Через два года на пике востребованности будут ковры с пружинящим эффектом, через четыре года — ковры с пониженной гравитацией. И так далее и во всем. Главное — внушить обывателю, что ему жизненно необходим новый ковер. Для этого придумывают различные рекламные ходы. К примеру: "Купи три ковра сегодня и получи скидку на четвертый ковер завтра!" или "Собери коллекцию из десяти ковров с восточным рисунком и получи кальян в подарок" или "Заботься о своем здоровье! Покушай экологически чистые ковры с непрерывным озонированием воздуха". Не смейся, Эва. По статистике, на десять скептиков и пессимистов приходятся трое или четверо простачков, которые прислушаются к рекламным лозунгам. Этого количества вполне достаточно, ведь ковер стоит недешево. Так что, в приличной компании рекламный сектор занимает едва ли не половину площадей, и в рекламу вбухивают огромные деньги. Но и отдача от нее — сумасшедшая. По сути, золотая река при правильном подходе.