— А ты ничего, детка! Сыграем в любовь?
— Не трогайте меня! Я буду кричать! — Вырвалось у Тины…
Парень разжал руку и спросил:
— Кстати, долго ли находился капитан в вашей деревне. Надеюсь, догадываешься о ком речь?
— Догадываюсь, — отвечала Тина, — несколько дней.
— А не известно ли тебе, куда после Акипу он направился?
— Я не знаю.
Вставая парень предупредил:
— Держи, девка, рот на замке. Растрезвонишь, придем ночью и затрахаем до смерти.
55
Как только затихли их шаги, Тина бросилась к хижине матери. То, что произошло с ней, всё рассказала до мелочей. Кумана в первые минуты ничего не могла понять и просила неоднократно повторить одно и то же. А когда до неё дошло, принялась охать и ахать, не зная каким образом предупредить Сотабу. Тине первой пришла в голову мысль как это сделать.
Девушка долго блуждала по кромке леса возле моря надеясь отыскать пристанище пришельцев. От дерева к дерева, от куста к кусту передвигаясь с большой осторожностью она часто останавливалась чтобы прислушаться. Остановившись в очередной раз, Тина вдруг услышала голоса. Она затаилась и прислушалась. Не сомневалась-голоса тех парней. К сожалению не могла разобрать ни единого слова. Тогда она опустилась на четвереньки и поползла под колючими кустами. Вскоре сквозь листву Тина увидела малюсенький заливчик, а в нем едва уместившийся белого цвета катер. Людей она обнаружила позже, когда приблизилась к небольшой поляне. Они сидели на траве и распивали пиво из банок. Теперь Тина отчетливо слышала их разговор.
— Тхо, как ты думаешь, где было бы лучше повстречаться с рыбаком?
— Нам незачем показываться на глаза жителям деревни. Тебе, Сивика, это должно бы быть понятным. А ты задаешь вопросы. Перехватим его в море…
Обидная реплика наверняка не понравилась тому, кого она касалась, и поэтому наступила пауза. А Тина в это время подумала: «Странные у них имена: Тхо, Сивика…» Каак только разговор возобновился, девушка снова прислушалась.
— Могли бы и трахнуть девку. Сижу и жалею об этом.
От таких слов Тину всю затрясло.
— Мало тебе баб в городе! — со смехом прговорил другой.
— Таких, как эта, нет. Целомудренная и вряд ли даже целованная.
— У неё, что на лбу написано?
— По ней видно…
Боясь себя выдать, Тина отползла чуть подальше от поляны. Она догадывалась, что с ней сделают, если попадется им в руки. Они же, ничего подозрительного не замечая, продолжали разговаривать.
— Тхо, как ты думаешь, долго ли нам ждать рыбака?
— А ты нетерпеливый, Сивика. В этой дыре будем сидеть столько, сколько потребуется.
— А если рыбак заупрямится и не захочет с нами говорить?
— Заставим силой. Кстати, сходика на катер и проверь оружие. Заодно и радиостанцию.
— А чего ему сделается… Патронов полная обойма.
— Учти, Сивика, «Зеленые призраки» осечек не любят.
— Наслышан! Правда лично встречаться не приходилось. Сказал бы пару слов о них. Надо же знать на кого работаем…
— В первую очередь работаем на своего босса. А какие у него отношения с «Зелеными призраками»[3], нас это не касается. Запомни, Сивика, любая наша ошибка, дорого нам обойдется. И главное — не задавать вопросов.
Как видно, слова Тхо на Сивику в какой-то степени подействовали и он, нехотя поднявшись, направился к катеру. Вслед за ним спустя пару минут отправился и тот, который назывался Тхо. Тина же, используя благоприятное для неё время, успешно покинула место наблюдения.
В море при тихой погоде звук распространяется на большие пространства. Равномерный стук двигателя бандиты услыхали в то время, когда их терпению наступал конец. Солнце село за горизонт а непродолжительные сумерки вот-вот должны были закончиться. Сотаба с сыном обычно и, как правило, возвращались домой засветло, чтобы успеть продать рыбу. Однако сегодня им немного не повезло. На обратном пути забарахлил двигатель и пришлось потерять несколько драгоценных часов. Впрочем, их ожидало и другое испытание. Приближаясь к своему берегу, Сотаба вдруг обратил внимание на костер, как догадывался, разоженный Куманой. Огонь горел не постоянным светом, а периодически мерцая, словно настоящий маяк. Вспышка, затем затмение, снова вспышка. На пару с сыном стали подумать, что бы это означало, да так и ни до чего не додумавшись, продолжали следовать к причальчику. Затем высказал свою мысль Ласио:
— Отец, я думаю, мама нас о чем — то предупреждает.
— О чем она может предупреждать! — Недовольно возразил Сотаба, не уменьшая скорости. И все-таки какое-то тревожное чувство закралось в его нутро.
Он огляделся вокруг и неожиданно заметил контуры катера, идущего им вдогонку. Сначала подумал о рыбоохране, но Ласио также увидев катер, намекнул о костре на берегу.
— Отец, это о нем…
А тем временем костер на берегу подолжал мерцать. Сотаба еще более увеличил обороты двигателя, не зная чего ожидать от людей на катере.
Катер поравнялся, а подходить к борту не рискнул. Людей из-за темноты нельзя было различить, зато громкий голос был услышан.
— Сотаба, останови свою посудину, мы подойдем!
— Ну я Сотаба, а чего надо? — Крикнул он в ответ.
— Поговорить!
— Говори, я слушаю!
Возникла пауза. Между тем щемящее чувство опасности уже подсказывало Сотабе откуда её истоки. Что-то связанное с Александром….В данном случае, считал он, единственный выход из ситуации-это скорейший подход к причалу. А там наверняка собрались не только его семейство, но и жители деревни в ожидании рыбы. И если это те люди, которые преследуют капитана, то они не посмеют показаться им на глаза. Открывать себя им нет никакого резону. Что касается самой шаланды, Сотаба был уверен в её прочности, если эти люди даже попытаются таранить. Скорее развалится катер, нежели шаланда получит пробоину. Между тем катер не отставал и послышался тот же голос:
— Рыбак, ты пожалеешь, если не остановишься!
Сотаба не счел нужным дать ответа, а обратился к сыну:
— Ласио, если станут подходить к борту, возьми багор и долбани по этой банке…
— Хорошо, отец.
А в следующее мгновение произошло то, чего отец и сын уж никак не ожидали. Раздалась оглушающая автоматная очередь и, яркие огоньки от выстрелов осветили борт катера и людей на нем. Их было двое. Стоящие во весь рост, они готовили «кошку», чтобы зацепиться за шаланду. Ни Сотаба, ни Ласио видеть их не могли, они упали на днище. Шаланда, лишенная управления, стала выписывать на воде зигзаги. Опасаясь столкновения, преследователи немного отстали. Возникшая вдруг тишина дала возможность Сотабе опомниться. Он вскочил на ноги, и в тот же момент услышал голос сына.
— Отец, у нас остались толовые шашки. Помнишь, глушили рыбу…Было три… Две остались.
Намек сына Сотаба понял.
— Вытаскивай! И подай мне.
— Отец, разреши кину я!
— Если я промахнусь, вторую бросишь ты.
На том и порешили. Ласио принялся искать толовые шашки, а Сотаба, схватившись одной рукой за руль, другой за ручку газа, выровнял шаланду. Катер стремительно приближался. После автоматной очереди бандиты, уверенные в своей безнаказанности, шли нагло не ожидая от напуганных выстрелами рыбаков какого-либо сюрприза. Но неожиданно для них, шаланда стала убегать. Это их еще более озлобило.
— Ну что ты там, Ласио, капаешься! — Не вытерпел Сотаба, закричав на сына.
— Не могу найти, отец! — Отозвался парень, выкидывая из форпикового ящика разный хлам.
— О, тысяча чертей! — Выругался Сотаба, и в это время услыхал радостный крик Ласио:
— Нашел, отец!
Парень с двумя шашками в руках бросился в корму.
— За руль! — Приказал ему отец. — Газ на полный, держи ровно, не юли! Иначе промахнусь.
— Ладно!
Неярким огоньком вспыхнул бикфордов шнур и змейкой пополз к толу. Тем временем катер вышел на параллельный курс. Бандиты, ничего не замечая, стали приближаться. Сотаба следил за расстоянием до катера, одновременно за сгорающим бикфордовым шнуром. Он на глаз считал оставшиеся метры и боялся только одного-не промахнуться. «Двадцать, пятнадцать, десять… Пять!» — Отсчитывал в уме Сотаба. Он выжидал пока бикфордову шнуру останется гореть столько времени, сколько нужно чтобы достичь цели. Казалось, этот кусок «мыла» взорвется в руке, когда Сотаба его швырнул, несколькими секундами позже крикнул Ласио:
3
Краткая информация. История «Зеленый призраков» начиналась в пятидесятые годы. Мафиозная организация под таким названием через несколько лет разрослась и контролировала немалую часть островов индонезийского архипелага. Из некотрых источников было известно, что один из островов был ею закуплен и превращен в своебразную военную базу. С виду остров как остров, заросший сплошными джунглями. А якобы внутри его, под землей были вырыты огромные помещения для складов, для учебного центра, для жилья. На строительство были брошены значительные живые ресурсы. Большей частью это похищенные люди, безработные из городов или просто обманутые, которым обещали хорошие деньги. Все они были превращены в рабов и навечно остались в подземелье острова