Во время революции Мэйдзи, после известного Указа «О разделении ками и будд», Санно итидзицу синто перестало существовать, а его центр Хиэ тайся, расположенный у подножия горы Хиэй, был превращен в чисто синтоистское святилище. Лишь после Второй мировой войны, когда использование синто в качестве государственной идеологии было запрещено, вновь возобновились службы, в которых наряду с синтоистскими священнослужителями принимают участие и буддийские монахи.
Что касается Рёбу синто, то в этом учении, сформировавшемся вокруг религиозного центра в Исэ, роль «тайного» буддизма была более значительной, что связано с широким использованием собственно эзотерических понятий и представлений[54]. В эзотерическом буддизме в целом считается, что передать учение полностью в словах невозможно. Для этого должны быть использованы, как сейчас бы сказали, и другие носители информации, важнейшим из которых считалось изображение, видимый образ. Поэтому в эзотерическом буддизме широко используются так называемые мандалы — символические живописные изображения. Вот слова Кукая:
Сокровищница тайн глубока и таинственна, ее трудно выразить в словах. Поэтому мы используем изображения для указания на то, что должно быть достигнуто.
В той версии эзотеризма, которая проникла в Японию, наибольшей популярностью пользовались две мандалы, символически представляющие два аспекта истинного бытия. Первая из них называется Рождение из Сокровищницы Лона Великого Сострадания. Как мать взращивает ребенка в себе, так и великое сострадание ко всем сущим хранит и пестует просветленность. Это потенциальная и пассивная возможность (причина) достижения просветления, сокрытая в нашем обыденном мире. Визуальная структура этой мандалы концентрична: по мере удаления от сокрытого центра интенсивность просветленности и ее чистота убывает. Претворение в жизнь этой скрытой возможности происходит под воздействием актуализирующего его активного начала — твердой и блестящей как алмаз мудрости, пронзающей и просветляющей бытие. Символически этот аспект изображается на второй мандале — Мандале Алмазного Мира, структура которой спиралевидна. От края к центру ведет этот путь жаждущего просветления, пронзая и сообщая динамичность пассивной возможности просветления. Соединение этих двух аспектов — потенциальной возможности и актуализирующего его начала, сострадания и мудрости, Солнца и Луны, женского и мужского (здесь коренится обоснование тантрического секса, цель которого отнюдь не достижение немыслимых удовольствий, как это часто преподносится авторами соответствующих пособий) и приводит к просветленности, символизируемой фигурой главного будды японского эзотерического буддизма — будды Дайнити-Ма-хавайрочана Великое Солнце.
С этими двумя мандалами в Двухчастном (Рёбу) синто и были отождествлены два храмовых комплекса в Исэ — Внутреннее святилище Аматэрасу (Солнце, знак огня) и Внешнее святилище Тоёукэ (Луна, знак воды). Как и графические мандалы, эти два святилища — две архитектурные мандалы — наглядно демонстрируют два аспекта просветления, которые в конечном счете недвойственны, образно воплощаясь в единой фигуре космического будды Великое Солнце Махавайрочана-Дайнити, который уже раньше почитался «исконной сущностью» (хондзи) богини СолнцаОхирумэ-Аматэрасу. Как говорили тогда, «Два святилища (Внешнее и Внутреннее) — односияние (будда Махавайрочана)»[55].
Можно себе представить, с какой радостью эта теория была воспринята священнослужителями Внешнего храма! Ведь благодаря эзотерическому толкованию Рёбу синто статус божества Тоёукэ неизмеримо повышался. Оно оказывалось столь же значимым, как и Аматэрасу! Бывшая прислужница и кухарка для Аматэрасу, пусть и божественная, становилась равноправным партнером! И клан потомственных служителей этого божества Ватараи в полной мере воспользовался предоставленной ему возможностью, приспособив Рёбу синто к своим нуждам и создав первое в истории синто достаточно последовательное учение, которое и было названо их именем.
54
Общепринятая точка зрения на происхождение Рёбу синто с его более явным, чем в Санно итидзицу синто, эзотерическим привкусом связывает происхождение этого учения преимущественно со школой Сингон. Однако мы уже говорили о последующей быстрой сплошной «эзотеризации» и школы Тэндай, так что использование специфических для «тайного буддизма» понятий и терминологии не может служить аргументом, а то, что в разработке доктрины Рёбу синто принимали участие тэндайские монахи, — факт несомненный. Похоже, что их влияние было решающим в первый период развития этого учения — с конца периода Хэйан до второй половины Камакура. А со второй половины Камакура усиливается влияние сингоновского эзотеризма, переживавшего в то время подъем. В это время сингоновскими монахами создается целый ряд произведений, в которых излагается учение Рёбу синто, авторство их приписывается самому основателю школы Сингон — Кукаю. Кроме того, связанное первоначально со святилищами в Исэ, учение Рёбу синто распространяется и в других религиозных центрах, формируя его местные варианты. Например, широко известные Миварю синто и Горю синто. Как и все прочие синто-буддийские учения, в революцию Мэйдзи его постигла общая участь — оно было запрещено и исчезло с исторической арены.
55
Под влиянием эзотерического буддизма стали создаваться «мандалы» различных традиционных, в основе синтоистских, культовых центров, таких, например, как Кумано или Касуга, на которых символически изображалась их сокрытая, истинная структура.