Можете себе представить состояние жрецов Внутреннего храма, прочитавших все это. В довершение в текстах пяти священных книг Ватараи обнаружилась и такая цитата, приписываемая самой Аматэрасу: «Когда вы почитаете меня, прежде почтите святилище великого ками Тоёукэ, а после этого моё святилище!»
Оставим пока в стороне просто закипающих от негодования служителей Внутреннего храма и вернемся вновь к Ватараи, которым прежде вполне удавалось путем словесной эквилибристики на основе синтоистских текстов все выше и выше поднимать статус Тоёукэ. Но с последним ходом — отождествлением ее с богиней Луны — возникли существенные трудности. Просто так провозгласить новый идентитет переимчивой Тоёукэ, без доказательств, было невозможно, а лимит синтоистской парадигмы был уже исчерпан. Все, что можно было выжать из «Кодзики», «Нихонги» и прочих аутентичных текстов, было выжато.
Вот тут-то Ватараи пришла в голову гениальная мысль — воспользоваться для этого буддизмом, вернее, теорией Рёбу синто, на основе которой они сплели, по выражению современного исследователя, «сеть подделок», то есть целый ряд текстов, претендующих на исключительную древность и в доказательство оной ссылающихся друг на друга! И действительно, разорвать эту сеть доказательно, с опорой на факты, до появления настырных современных ученых, не имеющих за душой ничего святого, не удалось никому![56] Впрочем, эта методика широко применялась в недавнем прошлом и в нашей стране с такой потрясающей дисциплиной, как «научный коммунизм», где были соблюдены все те же правила — система должна быть замкнутой, с перекрестным цитированием и не должна допускать ссылок на другие, находящиеся вне этой системы источники. Если главным обоснованием этой «дисциплины» служил препарированный марксизм, то клан Ватараи использовал в том же качестве эзотерический буддизм в его прикладной версии Рёбу синто. Однако, в отличие от буддийски ориентированного Рёбу синто, синтоистский род Ватараи не мог публично защищать свои концепции ссылкой на буддийские авторитеты и тексты. Ватараи изобрели гениальную методологию, не только верой и правдой послужившую им, но широко применявшуюся и в построениях других, основанных синто учениях. Этим изобретением был перевод заморских идей, в данном случае буддийских, на язык синто и последующее переписывание, исходя из полученного результата, синтоистской мифологии.
Вот как это выглядело в нашем конкретном случае. В эзотерическом буддизме ассоциация двух главных мандал с Солнцем и Луной существовала издавна. Однако использовать ссылки на буддийские тексты открыто было невозможно. Поэтому проводится следующая многоходовая комбинация. В одном из пяти «тайных» текстов под названием «Изначальные Записи Драгоценной Основы» («Хоки Хонги») упоминается, что украшения на крышах святилищ являются изображениями Солнечной богини-дэви (Ниттэн) и Лунной богини-дэви (Гаттэн). Потом эта идея подхватывается в следующем тексте, в котором делается ссылка на миф из «Нихонги» и «Кодзики», рассказывающий о том, как божество Луны Цукиёми родилось при омовении Идзанаги. Значит, делается вывод, Тоёукэ, на крыше святилища которой орнамент изображает Лунную дэви, и есть Цукиёми.
56
Поскольку авторство части «секретных книг» приписывалось таким авторитетам, как Гёки и Кукай, то выступить против них означало еще и столкнуться с оппозицией не только Ватараи, но и буддийских монахов. Первые серьезные попытки «разоблачения» были предприняты только в XVII в., когда влияние буддизма в интеллектуальном и идеологическом плане значительно ослабло.