Что же касается самого синто, то следует помнить, что никакие его интерпретации и толкования, пусть даже сделанные с своекорыстными целями или кажущиеся нам притянутыми за уши и даже смехотворными, не умаляют достоинство и духовную глубину этой религии, уходящей корнями в далекое прошлое и составляющей основу японской культуры. Надобно отличать историю учений и верований от истории людей, связавших свою судьбу с ними. Люди и созданные ими институты всегда несовершенны, в отличие от божественной истины, и порою движимы в своих поступках мотивами, никакого отношения к исповедуемому ими вероучению не имеющими. Примеров тому масса в истории любой религии. Ведь, например, более чем фривольное поведение некоторых ренессансных пап отнюдь не заставляет нас усомниться в духовной искренности христианства в его католическом варианте. То же самое можно сказать и о синто и его интерпретаторах.
Даже то, что японским государством в качестве идеологического оружия в битве империй и столкновении цивилизаций в конце XIX в. было выбрано синто; то, что на его основе была создана агрессивная националистическая идеология, отнюдь не означает некой изначальной порочности синто. Любая религия может быть использована в качестве основы идеологии и агрессивной, и националистической. Вспомним крестовые походы, московский «третий Рим» или мусульманский джихад. Так что дело тут не в какой-либо природной агрессивности синто, коей нет, как нет ее в исламе, христианстве или индуизме. Но всюду есть свои экстремисты, и порою случается так, что они приходят к власти.
Поэтому я и хочу прервать свой рассказ об истории синто как религии в веке XIX, потому что история синто в следующем веке, веке XX, во многом является историей синто, использованного уже в качестве националистической и агрессивной идеологии. А это другая история, выходящая за рамки настоящей книги[65]. Как и история 13 самостоятельных учений, созданных на базе синто различными провидцами в XIX в. В совокупности их часто именуют «сектантским синто», что опять, как и в случае с «государственным синто», не совсем точно отражает суть явления. Рассказ о них требует скорее отдельной книги, чем короткого описания на страницах этого сочинения, которое мы завершим сферой мистической: знакомством с японскими привидениями и синтоистской психотехникой, систематизацией которой или изобретением заново прославился человек, имя которого мы уже упомянули раньше. Звали его Хонда Тикаацу.
ГЛАВА 7
Мистика и оккультизм в синто
• Наука о духах (рэйгаку): Хонда Тикаацу (1822–1889)
Судьбу человека, прославившегося как систематизатор мистической обрядовости синто, решила встреча с маленькой девочкой, одержимой духом лисы кицунэ, составляющей с барсуком тануки пару самых таинственных обитателей японских лесов. 21-летний Хонда Тикаацу, приехавший в Киото учиться китайским и японским наукам у известного наставника школы Мито по имени Аидзава Сэйсисай, испытал шок, услышав восхитительное стихотворение, сложенное ребенком в состоянии одержимости духом лисы. Он решил посвятить всю свою жизнь изучению мира духов и ками и стал посещать старинные святилища, сокрытые в глубинах гор ущелья, где искал способы вхождения в контакт с потусторонним. Результатом этого стала представленная в систематическом виде «наука о духах» (рэйгаку), которая состояла из трех основных разделов:
1) тинкон (досл.: "усмирение души") — техника управления душой тама и увеличения ее энергетики;
2) кисин (досл.: "возвращение к ками") — техника вхождения в контакт с ками;
3) футомани (досл.: "великое прорицание") — техника гадания, обобщения знаний о духовной Вселенной.
Примечателен факт, что Хонда, принадлежа в целом к тому же течению, выступающему за возрождение истинного древнего синто, что и Мотоори Норинага, и Хирата Ацутанэ, не просто жестко критиковал, а еще и высмеивал их толкования синто. Даже мистические опыты Хирата Ацутанэ не выглядели в его глазах достаточно последовательными. И Мотоори, и Хирата были для него книжными червями, погрязшими в бесплодном копании среди старинных документов. Нет, важность «Кодзики» или «Манъёсю» для синто Хонда не отрицал, но был глубоко убежден, что их правильное истолкование возможно только теми, кто лично практикует эти древние техники вхождения в контакт с ками. Он писал:
65
Желающим подробнее ознакомиться с этим эпизодом в жизни синто рекомендую обратиться к двум интересным исследованиям современных российских ученых — Светлов Г. Е. Путь богов. М., 1985 и Молодяков В. Э. Консервативная революция в Японии: Идеология и политика. М, 1999.