Весь этот разговор вообще был для Клары совершенно неожиданным, но последнее обвинение и вовсе показалось ей предательским ударом с левого фланга.
– Ни в коем случае!
– Ой, да я спорить готова, что это так! Тебе всегда хотелось приобрести разные вещи для своего дома, так что я уверена, что дело именно в деньгах.
– Дело как раз совершенно не в этом, Джуди. Не понимаю, зачем ты пытаешься меня оскорбить? Ты же знаешь, что деньги тут ни при чем.
– Я могла бы взять ребенка, любого ребенка, в любом другом приюте, но нам нужен именно Алекс, и я знаю, что могу подарить ему настоящую семью и самый лучший дом. И ты тоже это знаешь.
Отвечать ей Клара была не в состоянии.
– Мы могли бы заплатить тебе.
– Нет.
– Ну, в таком случае мы поедем в другой Сиротский дом. Я знаю, что Алекс особенный и что у нас с ним все получилось бы, но он не единственный мальчик на свете. И ты не единственная моя подруга.
Джуди встала. Одним быстрым движением схватила сумку и пальто и бросилась к дверям. За матовым стеклом мелькнул ее силуэт, и Клара тут же вскочила и ринулась за ней следом. Вообще-то ей хотелось как следует попрощаться с надписью на стене, сделанной рукой Майкла, но Джуди сейчас была важнее.
– Постой, Джуди, пожалуйста, будь разумной!
Джуди все еще трясло – от ярости или от неверия, Клара понять не могла.
– Я просто поверить не в состоянии, что для тебя твоя работа оказалась важнее меня!
– Дело вовсе не в моей работе, Джуди! Все гораздо серьезнее.
– Ты вспомни, кстати, кто помог тебе получить эту работу! Я. Я тогда тебе помогла. Но у тебя оказалась слишком короткая память.
– Нет, Джуди. Это у тебя она слишком короткая. – Еще только произнося эти слова, Клара поняла, что пожалеет об этом и будет жалеть до конца жизни. – Ладно. Уходишь – уходи, но только никуда не сворачивай.
Глава сорок четвертая
Дети были разочарованы тем, что так и не повидались с Джуди.
– А я думал… – начал Билли, но Клара сделала такой жест, будто застегивает рот на молнию, и он замолк.
Когда в тот же день после обеда Клара с несколькими детьми отправилась на прогулку по сельским тропинкам, она то и дело мысленно возвращалась к разговору с Джуди. И каждый раз приходила к выводу, что приняла правильное решение. Она хорошо помнила доклад Кертис, поставленные ею благородные цели, полную революцию в вопросах опеки. Защита детей в этом докладе ставилась на первое место, она была превыше всего остального. А значит, отправить свою «банку с вареньем» в первую попавшуюся старую кладовку было попросту нельзя.
Алекс что-то радостно рассказывал о школьных поездках, планируемых в его новой школе, «все музеи, мисс Ньютон!», и Клара даже поморщилась – сегодня тема поездок и музеев была ей особенно неприятна. Пег бежала впереди, приплясывая на ходу. Рита срывала лютики и заставляла каждого проверять, действительно ли этот цветок любит масло[26]. Терри колотила палкой по железным балкам изгородей. Им встретился мистер Гаррард, который, прикрываясь рукой от солнца, буркнул из-под руки: «Здравствуйте, мисс Ньютон! Здравствуйте, дети!», и Клара решила, что это явный прогресс. Немного отстав от мужа и крепко прижимая к себе песика Берти, словно дети могли на него напасть, тащилась миссис Гаррард, которая старательно смотрела в сторону и здороваться отнюдь не спешила.
На обратном пути дети, проходя мимо мастерской Айвора, принялись громко выкрикивать приветствия, и Айвор, конечно, откликнулся, но, здороваясь с ними, так сказать, общим списком, он на этот раз имя Клары в общий список не включил, хотя раньше всегда так делал. Затем последовал тихий вечер – ужин с остатками пирога и подготовка овощей к завтрашнему ланчу. С помощью Терри Клара быстренько сделала уборку и села повторять таблицу умножения с Ритой, которая говорила ответ вслух, и Пег, которая его писала. Питер снова принимал ванну. Билли и Барри упражнялись в дурацких звуках, издавая их с помощью собственных подмышек. Потом Рита попросила у Клары разрешения попробовать ее макияж, и Клара, слишком уставшая за этот день, не смогла сопротивляться. Затем Билли и Барри удалились в свою спальню и принялись громко стучать мячом об стенку, так что Кларе в миллионный раз пришлось сказать им, чтобы они немедленно это прекратили. Свежевымытый Питер тоже спустился в гостиную и, сидя на диване, рисовал какой-то комикс, а может, мечтал о лучшем мире.
Алекс был поглощен новой книгой о динозаврах. Он то и дело бросался к Кларе, чтобы срочно что-то ей показать: «Это же просто удивительно! Вы только посмотрите на размеры диплодока, и при этом мозг у него размером всего с горошину!», и с каждым разом, слушая его, Клара чувствовала себя все хуже и хуже. Бедный диплодок!
26
Детская шутка, основанная на игре слов «buttercup» (лютик, буквально «чашка с маслом») и «butter» (масло).