С этой целью я позвонил в полицейское управление и спросил, там ли детектив Глисон. Он был на месте, и я спросил его, есть ли у них какие-либо зацепки по делу о вторжении в дом на Сикамор-стрит, 1.
— Я хотел спросить сегодня, потому что завтра я везу собаку мистера Боудича в Чикаго. Я нашел там кое-кого, кто творил чудеса со старыми собаками.
Глисон сказал мне, что в деле нет ничего нового, чего я и ожидал. Я сам позаботился о домашнем воре... по крайней мере, я так надеялся. Глисон пожелал мне удачи со старой дворняжкой. Это было желание, которое я принял близко к сердцу.
В тот вечер я положил еще три новые таблетки в рацион Радар. Завтра я бы дал ей еще три. В бутылке осталось не так уж много, но, может быть, это и нормально. Я не знал наверняка, что это такое, но у меня была идея, что это собачья скорость. Они укорачивали ее жизнь и в то же время подбадривали ее. Я сказал себе, что просто должен спустить ее с лестницы, а после этого... ну, что после этого я не знал.
Мой телефон снова заработал (хотя мне пришлось сделать полную перезагрузку, чтобы он показывал правильное время), и около семи часов он зазвонил. «ПАПА» было на экране. Я включил телевизор и немного увеличил громкость, прежде чем ответить на звонок.
— Привет, Чарли, все в порядке?
— Все в порядке. Лазил по каким-нибудь деревьям?
Он рассмеялся.
— Деревьев нет, здесь идет дождь. Вместо этого много командного духа. Страховщики Сошли С Ума. Что ты смотришь?
— «Спортивный центр».
— С собакой все в порядке?
— Радар? Она подняла глаза от своего коврика. – с ней все хорошо.
— Она ест?
— Съела все и вылизала миску.
— Рад это слышать.
Мы еще немного поговорили. Он казался невозмутимым, так что, думаю, я старался выглядеть хорошо. Это меня обрадовало и в то же время устыдило.
— Если хочешь, я позвоню тебе завтра вечером.
— Нет, я мог бы пойти поесть бургеров и поиграть в мини-гольф с кучей парней.
— А девочки?
— Ну что ж … там могут присутствовать девушки. Я позвоню тебе, если что-нибудь случится. Как будто дом загорается.
— Звучит как план. Спи спокойно, Чип.
— Ты тоже. С того места, где я сидел, я мог видеть письмо на кухонном столе. Мне не нравилось лгать отцу, но другого выбора я не видел. Это была экстраординарная ситуация.
Я выключил телевизор и приготовился лечь спать в восемь часов впервые за целую вечность. Но я планировал встать пораньше. «Как только начнешь, так сразу и сделаешь», — говаривала моя мать. Иногда я не мог точно вспомнить, как она выглядела, не проверив ее фотографию, но я мог вспомнить все ее маленькие высказывания. Разум — это странная машина.
Я заперся, но не потому, что боялся Полли. Он, вероятно, знал, где я живу, но у него были сломаны две руки, а у меня был его пистолет. У него также не было денег и удостоверения личности. Я предполагал, что он уже был на пути к тому, что он называл «Чи», где он пытался превратить эти четыре золотых гранулы в наличные. Если бы он вообще смог их продать, я думал, что он получил бы не больше двадцати центов с доллара, и меня это вполне устраивало. Потрясающий соус. Каждый раз, когда я начинал чувствовать жалость к нему или вину за то, что я сделал, я думал о том, как он прижимает дуло своего маленького пистолета к моему затылку и говорит мне не оборачиваться, это было бы неумно. Хотя я был рад, что не убил его. Это было так.
Я внимательно осмотрела себя в зеркале, пока чистила зубы. Я думала, что выгляжу так же, как всегда, что было довольно удивительно после всего, что произошло. Я прополоскал рот, повернулся и увидел Радар, сидящего в дверях ванной. Я наклонился и взъерошил мех по бокам ее морды. — Хочешь завтра отправиться в приключение, девочка?
Она постучала хвостом, затем пошла в комнату для гостей и улеглась в ногах моей кровати. Я дважды проверил свой будильник, чтобы убедиться, что он установлен на пять утра, затем выключил свет. Я ожидал, что мне потребуется много времени, чтобы заснуть после дневной поездки на американских горках, но я почти сразу начал дрейфовать.
Я спросил себя, действительно ли я собираюсь рисковать своей жизнью и, конечно же, попасть в кучу неприятностей, как с моим отцом, так и в школе, из–за старой собаки, у которой уже был – в собачьи годы — чертовски хороший пробег. Ответ, казалось, был утвердительным, но это было еще не все. Это было чудо этой вещи, ее тайна. Ради всего святого, я нашел другой мир. Я хотел увидеть город с зелеными башнями и выяснить, действительно ли это страна Оз, только с ужасным монстром – Гогмагогом – в его сердце, а не с мошенником, проецирующим свой голос из-за занавеса. Я хотел найти солнечные часы и посмотреть, действительно ли они делают то, что сказал мистер Боудич. И ты должен помнить, что мне было семнадцать, самый подходящий возраст как для приключений, так и для глупых решений.
Но да, в основном это была собака. Видите ли, я любил ее и не хотел отпускать.
Я перевернулся на бок и заснул.
Глава тринадцатая
Радар, казалось, удивилась, что мы встаем в темноте, но она была готова съесть свой завтрак (еще три таблетки, подмешанные в него) и подняться на холм к номеру 1. В доме Ричлендов было темно. Я поднялся наверх к сейфу, пристегнул пистолет 45-го калибра и привязал его. С пистолетом 22-го калибра Полли в моем рюкзаке, это делало меня обычным двуствольным Сэмом[144]. В кладовке было несколько пустых банок из-под соуса для спагетти. Я наполнила две сухим кормом для собак «Ориен», плотно завинтил крышки, завернул их в кухонное полотенце и положил в рюкзак под футболку и нижнее белье («Никогда не отправляйся в путешествие без чистых трусов» — еще одно из высказываний моей мамы). К этому я добавила дюжину банок сардин «Король Оскар» (которые мне пришлись по вкусу), пачку крекеров, несколько сандвичей с орехами пекан (всего несколько, потому что я их грыз) и горсть вяленых палочек «Перки». Также две оставшиеся колы из холодильника. Я также бросил свой бумажник в рюкзак, чтобы, как и раньше, положить длинноствольный фонарик в задний карман.
Вы могли бы сказать, что это были чрезвычайно скудные припасы для поездки туда и обратно длиной до ста миль, и, конечно, вы были бы правы, но мой рюкзак был не таким уж большим, и, кроме того, продавщица обуви предложила мне поесть. Возможно, она даже могла бы пополнить мои запасы. В противном случае мне пришлось бы просто добывать пищу, и это меня очень беспокоило.
Больше всего меня беспокоил висячий замок на двери сарая. Я думал, что если сарай будет заперт, никто не обратит на него внимания. Если замка не будет, кто-нибудь мог войти в сарай, чтобы посмотреть, что там, а сокрытие верхней части колодца грудами старых журналов было плохим камуфляжем. Я заснул с неразрешенной проблемой типа Агаты Кристи, но проснулся с тем, что показалось мне хорошим решением Мало того, что сарай был бы заперт снаружи, нашелся бы еще кто-нибудь, кто сказал бы, что я отвез Радар в Чикаго в надежде на чудесное исцеление.
Энди Чен был решением проблемы.
Я ждал до семи часов, чтобы позвонить ему, думая, что к тому времени он уже встанет и будет готовиться к школе, но после четырех гудков я был почти уверен, что мой звонок поступил на голосовую почту. Я обдумывала сообщение, которое оставлю, когда он ответил, звуча нетерпеливо и немного запыхавшись.
— Чего ты хочешь, Рид? Я только что вышел из гребаного душа, и с меня капает по всему полу.
— О-о-о, — сказал я высоким фальцетом, — Желтая Опасность обнажена?
— Очень смешно, ты, расистский ублюдок. Чего ты хочешь?
— Что-то важное.
— В чем дело? — спросил он. Теперь это звучит серьезно.
— Слушай, я в «Хайболле» за городом. Ты ведь знаешь «Хайбол», верно?
Конечно, он знал. Это была стоянка грузовиков с лучшим ассортиментом видеоигр в Sentry. Мы втискивались в машину какого–нибудь лицензированного водителя – или садились в автобус, если под рукой не оказывалось никого с правами, — и играли, пока не кончались деньги. Или пока нас не выгоняли.
— Что ты там делаешь? Сегодня школьный день.
— У меня есть собака. Та, которая так сильно испугала тебя, когда мы были детьми? У нее не очень хорошее состояние, а в Чикаго есть кое-кто, кто должен помочь старым собакам. Как бы омолодить их.