— Меня зовут Чарльз Рид. Чарли. Лия передала вам?
— Нет, это работает не так. Больше похоже на интуицию. Рад познакомиться с тобой, принц Чарли. — Теперь при свете огня я смог разглядеть, что у него не было глаз, как рта у Лии — только длинные шрамы в тех местах, где они раньше находились. — Меня зовут Стивен Вудли. Когда-то у меня был титул — принц-регент, собственно говоря, — но то время прошло. Зови меня Вуди, если хочешь, ибо мы живём рядом с лесом,[30] так ведь? Я и Котриона.
— Ваша кошка?
— Да. А твою собаку зовут… Раймар? Кажется, так. Я точно не помню.
— Радар. Она принадлежала мистеру Боудичу. Он умер.
— Ах. Жаль это слышать. — И он казался расстроенным, но не сильно удивлённым.
— Как вы с ним познакомились, сэр?
— Вуди. Прошу. Мы вместе проводили время. Как проведём с тобой, Чарли. Я надеюсь. Но сначала нужно поесть, потому что, я думаю, сегодня ты проделал долгий путь.
— Могу я сначала задать один вопрос?
Он широко улыбнулся, превратив лицо в веер морщин.
— Если хочешь узнать сколько мне лет, то я не помню. Иногда мне кажется, что я был уже стар, когда мир был молод.
— Не это. Я увидел книгу и мне стало интересно… если вы, в общем…
— Как я читаю, если слепой? Посмотри. А пока: что ты хочешь — ножку или грудку?
— Грудку, пожалуйста.
Вуди принялся накладывать еду, и, должно быть, за долгое время привык делать это наощупь, потому что в его движениях не было заминок. Я поднялся и подошёл к его креслу. Котриона посмотрела на меня мудрыми зелёными глазами. Книга была старой, на обложке изображены летучие мыши на фоне полной луны: «Чёрный ангел» Корнелла Вулрича. Раньше она вполне могла бы лежать среди книг в спальне мистера Боудича. Но когда я взял её и взглянул на страницу, на которой Вуди остановился, я не увидел слов, только маленькие группки точек. Я положил книгу на место и вернулся к столу.
— Вы читаете брайль, — сказал я, подумав: «Язык в книгах, должно быть, тоже изменялся — переводился. Как странно».
— Да. Адриан принёс мне учебник и показал буквы. Как только я выучил основы, я смог сам себя научить. Иногда он приносил мне новые книги, написанные брайлем. Он был неравнодушен к фантастическим историям, наподобие той, что я читал, ожидая твоего прибытия. Опасные мужчины и несчастные девицы, живущие в мире, совершенно отличном от этого.
Вуди покачал головой и рассмеялся, как будто чтение художественной литературы было бесцельным занятием, может быть, даже бредовым. Его щёки порозовели от тепла огня, и я не увидел на них ни следа серости. Он был цельным, и в то же время им не был. Как и его племянница. У него не хватало глаз, чтобы видеть, а у неё не было рта, чтобы говорить, только рана, которую она вскрыла ногтем, для принятия хоть какой-то скудной пищи. К слову сказать, о несчастной девушке.
— Прошу. Садись.
Я сел. Снаружи завыл волк, так что луна — луны — должно быть уже появились. Но мы были в безопасности в кирпичном доме. Если бы волчара полез через трубу, огонь подпалил бы ему мохнатую сраку.
— Для меня весь этот мир кажется фантастическим, — сказал я.
— Пробудешь здесь достаточно долго, и твой собственный мир покажется тебе выдуманным. Теперь ешь, Чарли.
Еда была восхитительной. Я попросил вторую порцию, затем третью. Мне было неловко просить добавку, но у меня был долгий день, я протащил тележку восемнадцать или двадцать миль. Вуди съел мало, только одну ножку и немного клюквенного желе. От этого я почувствовал себя ещё более неловко. Вспомнилось, как моя мама отвезла меня на вечеринку с ночёвкой к Энди Чену и сказала его маме, что у меня бездонный желудок, я готов съесть всех внутри дома, а потом и сам дом, если мне позволят. Я спросил Вуди, где он берёт припасы.
— В Приморье. Там все ещё есть те, кто помнит таких, как мы… или таких, какими мы были… и отдают дань уважения. Теперь серость пришла и туда. Люди уходят. Ты, вероятно, встретил некоторых на дороге.
— Да, — сказал я, и рассказал ему о Питеркине.
— Красный сверчок, говоришь? Ходят легенды… ладно, неважно. Рад, что ты остановил его. Может быть, ты всё-таки принц. Светлые волосы, голубые глаза?
— Неа. Оба карие.
— Значит, не принц и определённо не тот принц.
— Какой ещё тот принц?
— Просто ещё одна легенда. Этот мир полон историй и легенд, как и твой. Что касается еды… Раньше я добывал продукты у жителей Приморья, больше, чем мог съесть. Чаще рыбу, иногда мясо. Что понятно из названия. Это было задолго до того, как серость пришла в те края — не могу сказать, как давно, дни сливаются воедино, когда ты постоянно живёшь в темноте. — Он произнёс это без жалости к себе, просто констатируя факт. — Полагаю, на какое-то время Приморье могло быть защищёно, потому что находится на узком полуострове, где всегда дует ветер, но точно не скажу. В прошлом году, Чарли, ты бы встретил множество людей на Царской дороге. Сейчас их поток ослабел.