Петух только плюнул с досады и махнул крылом. Пес же и ухом не повел, хотя остальные три четверти были его, — лишь покачал головой и хмыкнул:
— М-да… Смеяться после слова «лопата»…
…В одно прекрасное утро Кот загорелся очередной идеей: вскочив ни свет ни заря (даже раньше Петуха), он бесцеремонно растолкал всех.
— Слушайте, мужики, а не заняться ли нам шоу-бизнесом, а?
— Что, прямо сейчас? — недовольно пробурчал, протирая очки, невыспавшийся Пес.
— Нет, вообще, — и Кот вскочил со стула. — Группу создадим, гастроли всякие, диски, автографы, фанатки, а? Главное ведь раскрутиться суметь, ну, или раскрутить кого-нибудь, — его взгляд остановился на мне. — Вот, например, Осла. Будешь мегазвездой, Ушастый?
Петух обиженно отодрал скотч с клюва.
— А почему не меня? У меня, кстати, тенор чистейший, а у Осла голоса совсем нет, труба иерихонская!
Кот коротко хохотнул.
— Ты думаешь, голос там особо нужен? Мы же не оперу ставим! Всё дело в спецэффектах, а с нынешней техникой не то что Осел — рыба запоет! А у тебя, Пьер, извини, фактура мелковата, теряться будешь на сцене. Да и образ сценический, не обижайся только, заезжен, птичек певчих сейчас на сцене чересчур. Ослов, конечно, тоже хватает, но их не сразу видать. Да и шкура должна быть потолще, чтоб на критику не реагировать. Ну-ка, Осел, подай голос!
Я прокашлялся и тихо напел им свою любимую:
Петух заткнул от моего рева уши, Кот морщился, но дотерпел, лишь Пес, скинув тапочки, в одной тельняшке, невозмутимо приступил к утреннему комплексу у-шу.
— Н-да, — Кот пощелкал когтями и махнул лапой, — ну да ладно, оцифруем всё, обработаем, на «фанере» не голос будет — конфетка! — он деловито осмотрел меня кругом. — Образ сценический надо будет создать, что-нибудь поэпатажней, имидж продумать. Пострижем по-модному, рекламу на уши нанесем, нечего таким площадям пропадать. Пару скандальчиков организуем. Ты как, кстати, к зоофилам относишься? Не знаешь? А то подгоним кобылок погорячей. Группу, думаю, назвать надо как-нибудь пооригинальней, понеобычней, — например, «Фабрика животных», а?
— Тогда уж лучше «Мясокомбинат», — Пес, закончив зарядку, уселся на перевернутый ящик и закурил «Беломор». — Так брутальней.
— А что? Эффектно! — и Кот просиял. — «Мясокомбинат»! Уникальный ослиный вокал! Гитара — маэстро Пес, ударник — месье Пьер, и, наконец, уважаемые господа, клавишные — просто Кот! Он же генеральный продюсер! Трио «Мясокомбинат»! Спешите!
— Нас же четверо? — возразил Петух, недовольный тем, что его обошли. — Причем здесь трио?
— Э, да кто нас на сцене считать-то будет? — Кот отмахнулся. — Трио красивей!
Пес затянулся и пустил колечко дыма.
— А играть кто-нибудь умеет? И на чем?
— А что уметь-то? — Кот пренебрежительно сплюнул. — Ты что, пять аккордов не выучишь? Ля-ля-фа, ля-ля-фа, двадцать два притопа да тридцать три прихлопа! Инструмент сам достать надо, базара нет, но это я беру на себя.
Каким образом он собрался доставать инструмент, я узнал ближе к обеду, причем только я один.
— Слушай, Осел, хочешь же мегазвездой быть? — заговорщически шепнул он мне. — Деньги, слава, ослицы молоденькие и всё такое, а? Идейка у меня одна есть. Пошли прогуляемся, расскажу, помощь твоя нужна.
Когда вышли на улицу, он оглянулся и, понизив голос, поделился «идеей».
— Тут неподалеку, в переходе, паренек один на гитаре бренчит, иностранец, кажись, какой-то, немчура скорее, но гитара у него неплохая. Сделаем так: ты пройди рядом с ним, там у него тарелочка для денег стоит, ты ее как-нибудь нечаянно копытом задень, опрокинь. Он, конечно, собирать кинется гроши свои, гитару, скорее всего, у стены поставит. Ну, или положит куда, не будет же он с нею по полу ползать. Ты ему еще помогать начни, толчею создай, внимание отвлеки, а я гитару под шумок и уведу. По нашенски он совсем плохо бачит, так что вряд ли кто сразу поймет, о чем он лопочет, я уж далеко буду, так что риска почти никакого. Ты только, как увидишь, что с гитарой я, сваливай оттуда незаметно и тикай к хате.