В фольклорной традиции находит также объяснение архаичная форма счета узлами. Ею пользуются народы, не достигшие высокого уровня цивилизации: например, племена в Перу вели запись чисел при помощи веревок с узлами (квипу). В фольклоре же часто сохраняются упоминания об архаичных, давно вышедших из употребления обычаях, обрядах и т. п.[183]
Историческое предание о походе Дария было обработано в устной традиции по образцу распространенного фольклорного сюжета о походе героя на врагов. В рассказ органично вошли привычные фольклорные черты этого сюжета. К ним относится определение срока ожидания в 60 дней и форма отсчета этих дней. В этот ряд встает и фигура мудрого советчика Коя, отговорившего Дария от опрометчивого решения немедленно после переправы в Скифию разрушить мост. В речи Коя ученые справедливо усматривают осмысление событий похода, появившееся уже после него.[184] Ведь Кой предсказал причины неудач Дария, заключавшиеся в особой тактике ведения войн скифами, у которых не было поселений и крепостей, требовавших защиты.
Отмеченные фольклорные мотивы накладываются на реальную основу рассказа, в котором запечатлелся ряд исторических фактов: наведение греками моста через Истр, переправа через него персидского войска, приказ Дария охранять мост до его возвращения, требование скифов разрушить мост, помощь милетского тирана Гистиэя при обратной переправе персов. По-видимому, Дарий после похода по Скифии допускал возможность возвращения на родину через Кавказ; в этом случае мост через Истр был не нужен, и его следовало разрушить, то есть увести корабли, из которых греки составили переправу.
Эти факты осмыслены фольклорным мышлением их передатчиков, и Геродот записал их близко к устному оригиналу; недаром почти все содержание рассматриваемых глав заключено в прямые экспрессивные речи действующих лиц: царя Дария, советчика Коя, тирана Гистиэя и скифов. Подобные речи, как показал В. Али, являются верными признаками устного источника.[185]
Второй эпизод относится к заключительному этапу войны. Вот как он изложен у Геродота: «Дарий наконец очутился в безвыходном положении, и цари скифов, узнав об этом, послали вестника, принесшего в дар Дарию птицу, мышь, лягушку и пять стрел. Персы спрашивали принесшего дары о значении подарков. Он сказал, что ему было приказано только, отдав дары, как можно скорее удалиться. Он предложил, чтобы персы, если они мудры, сами поняли, что означают эти дары. Услышав это, персы стали совещаться.
Дарий высказал мнение, что скифы отдают и самих себя, и землю, и воду. Он предположил это на том основании, что мышь живет в земле, питаясь теми же злаками, что и человек, лягушка — в воде, птица более всего походит на лошадь; стрелы же означают, что скифы отдают свою военную мощь. Вот какое мнение было высказано Дарием. Этому мнению противостояло мнение Гобрия... Он предположил, что эти дары означают: "Если только вы, персы, не улетите в небо, обратившись в птиц, не укроетесь в земле, став мышами, или не прыгнете в болото, обратившись в лягушек, вы не вернетесь назад, поражаемые вот этими стрелами"».[186]
Это устное предание излагалось в разных вариантах, как можно судить по записи старшего современника Геродота Ферекида, сохраненной в сочинении раннехристианского писателя Климента Александрийского.[187] У Ферекида набор предметов, посланных Идантирсом Дарию, несколько иной: стрел не пять, а лишь одна, но зато добавлен еще плуг. Разнятся и имена толкователей. В пользу персов послание объясняет не Дарий, а его придворный Оронтопаг, а правильный смысл раскрывает другой придворный Ксифодр: «Если только мы не взлетим, как птицы, не скроемся в земле, как мыши, и не погрузимся в воду, как лягушки, то не избегнем их стрел, так как не владеем землей».
Различаясь в некоторых деталях, оба толкования сходны даже в характере изложения: они приведены в прямой речи, что хорошо отражает варианты устного предания, которое почти дословно передано в этих записях.
Информаторы Геродота и он сам рассматривали послание скифов как своеобразные дары; недаром историк употребил это слово семь раз. Поэтому и современные исследователи исходили из такого Понимания. Например, В. Али отметил, что обмен дарами при переговорах был обычным в дипломатии древних, но эти конкретные скифские дары исследователь счел легендарными. Дж. Балсер высказал ничем не подкрепленное мнение, что предметы, доставленные Дарию, были сделаны из золота, так как обмен дарами предполагал вручение ценных вещей.[188]
183
Путилов Б. Н. Методология сравнительно-исторического изучения фольклора. Л., 1976. С. 183.
184
Каллистов Д. П. Очерки по истории Северного Причерноморья античной эпохи. Л., 1949. С. 136.
185
Aly W. Volksmärchen, Sage und Novelle bei Herodot und seinen Zeitgenossen. Göttingen, 1921. S. 241.
188
W. Aly. Op. cit. S. 84; Balcer J. M. The Date of Herodotus IV, 1. Darius 'Scythian Expedition // HSPh, 1972. S. 131.