В творчестве Аристофана заметное место занимают высказывания о литературе и пародии на известных поэтов. Одну пародию из комедии «Птицы» интересно рассмотреть в связи с нашей темой о Скифии. Стихи Аристофана в буквальном переводе звучат так: «Среди кочевников скифов блуждает Стратон, который не имеет тканой одежды, и ему неприлично ходить в меховом плаще без хитона».[332]
В схолиях разъясняется, что здесь комедиограф видоизменил стих Пиндара, оригинал которого цитирует схолиаст. Утраченная ода Пиндара была посвящена восхвалению Гиерона Сиракузского, чья колесница вышла победительницей на Пифийских играх.
В одной из сцен «Птиц» лохматый и грязный поэт прославляет основанный героем комедии город Тучекукуевск. Напыщенная декламация поэта комически контрастирует с его прозаической целью выпросить целую одежду взамен своей изношенной. Сначала он получает за свои стихи только кожаный плащ, но желает иметь также и хитон. Тогда он вспоминает Пиндара, намекая на эпизод с Гиероном. Тиран Сиракуз подарил мулов своему вознице Стратону, а тот попросил еще и колесницу, так как без нее он похож на скифа, не имеющего собственной повозки. Аристофан пародирует эту просьбу, вкладывая в уста поэта несколько измененные стихи Пиндара, который писал: «Среди кочевников-скифов блуждает Стратон, который не имеет дома, перевозимого на телеге». Уподобление возницы нищему кочевнику показывает, что уже во времена Пиндара в Греции знали о быте скифов, которые считали бедняком того, кто обладал лишь лошадью, но не имел своей кибитки. Таким образом, Стратон, получивший мулов без колесницы, сравнивался с бедным скифом, обладавшим конем без повозки.
Античные филологи насчитывали 44 комедии Аристофана. Из них сохранилось 11 и несколько фрагментов из утраченных пьес. В числе последних единственный имеет отношение к Северному Причерноморью. В неизвестном контексте комедиограф упоминал страну Киммерию,[333] о которой мы знаем лишь по «Истории» Геродота.
Фрагменты из произведений других комедиографов показывают, что скифов на сцену выводил не только Аристофан. У Антифана, известного драматурга первой половины IV в., была комедия «Скифы и тавры». Кроме названия, в словаре Поллукса приводятся лишь слова комедиографа о том, что все скифы «одеты в шаровары и хитоны».[334] По фрагменту из комедии «Злоненавистник» можно заключить, что скифы выступали у Антифана не только как комические персонажи. Он противопоставлял афинскому воспитанию детей простые и естественные, на его взгляд, действия скифов: «Разве не мудры скифы? Они новорожденным детям дают пить коровье и кобылье молоко и не приставляют к ним, клянусь Зевсом, зловредных кормилиц и дядек!»[335] Однако это не рабы-скифы, а ставший уже литературным штампом образ идеализированных варваров из далекой страны.
Обобщая сказанное, отметим, что аттическая комедия, сатирически отражая бытовую реальность своего времени, живо рисует насмешливое и презрительное отношение афинян к рабам из Скифии. Конечно, не всех их брали на полицейскую службу. Но именно в этой функции они сохраняли национальный облик: жили в своих непривычных для афинян жилищах, имели национальное оружие — лук и стрелы. О последнем говорят их наименование «стрелки», а также одна сцена из «Женщин на празднике Фесмофорий». Обманутый скиф, узнав о бегстве Мнесилоха, ругает свой брошенный колчан.[336] Вероятно, скифы-полицейские носили также и свою национальную одежду. Об этом свидетельствует фрагмент из утраченной речи Лисия с упоминанием скифской обуви, так и называвшейся — скифики. В речах оратора, написанных для защиты граждан в суде, отражалась повседневная жизнь афинян. Их знакомство со скифской обувью и, возможно, использование ее в каких-то случаях, шло из бытовой практики. Поэтому надо полагать, что скифам-полицейским предоставлялась возможность не только жить в своих своеобразных жилищах, но также изготовлять себе национальную одежду и обувь, так что афинские полицейские выделялись сразу в общей толпе не только своим вооружением, но и одеянием, а возможно, и цветом волос. Судя по отрывочным сведениям античных авторов, скифы красили волосы специальной краской в рыжий цвет.[337] Этим объясняется, почему во фрагменте какой-то комедии Кратина один рыжеволосый персонаж назван скифом.