О несравненное счастие - быть сосудом, жилищем, орудием Духа Божия! О блаженство на земли небесное! О таинство, в котором скрывается все, чего ищет дух человеческий и о чем вся тварь совоздыхает и соболезнует! (Рим 8,22).
Христиане, общники даров и обетований благодатных! Не вознерадим о благодати Божией! Взыщем ее познанием, и признанием нашей немощи и греховности, молитвою, поучением в слове Божием, общением таинств веры, искренним желанием жить по заповедям Христовым; приимем ее верою и готовностию повиноваться ее внушениям; сохраним - верностию и постоянством в последовании ее руководству. Благодать сама будет нам тайною помощницей в наших ради ее подвигах и увенчает их. По увещанию Апостола, да приступаем с дерзновением к престолу благодати, да приимем милость и благодать обрящем, во благовременну помощь (Евр 4,16).
Слава Господу Богу, Дателю благодати Отцу и Сыну и Святому Духу, во веки.
Глава двадцать первая ДОЛГ ХРИСТИАН УБЛАЖАТЬ И ПРОСЛАВЛЯТЬ БОГОМАТЕРЬ [60]
Христиане! Чем совершеннее удостоверяемся мы, что слава Богоматери в Церкви есть устроение Божие и что наш долг - ублажать и прославлять Ее есть определение Божие[61]: тем тщательнее, тем вернее должна быть исполнена эта обязанность наша.
Ублажаем Приснодеву. Искренно ли? Не с лестию ли? Презренна лесть и между живущими на земле, которых впрочем она иногда обманывает; но живущую на небе и видящую во свете всевидящего Бога и обмануть невозможно. Скажут: возможно ли льстить там, где самая высокая похвала остается ниже своего предмета? Отвечаем: льстим, если хвалим то, чего внутренне не уважаем. Итак: ублажая Приснодеву, чтим ли девство? Уважаем ли целомудрие? Храним ли чистоту? Ненавидим ли нечистоту? Ревнуем ли о своем очищении?
Ублажаем в Храме Преблагословенную Матерь Божию: но не делают ли противного сему некоторые дома? Не оскорбляют ли благословенных имен отца и матери дети - неповиновением или непочтительностью? а и сами родители - пренебрежением родительских обязанностей и добродетелей?
Прославляем в Храме высокую в смирении, глубокую в молчании Мариам: но не там же ли с нами наша гордость, наше тщеславие, наша суетность, наша разсеянность к празднословию? И молва страстей не заглушает ли в нашем сердце славословий наших устен?
С Елизаветою блажим веровавшую и чрез то введшую в мир Начальника веры, чудимся Богоблагодатной, величаем чудодействующую: но тщательно ли храним безценный залог веры, которая и нас может привести к блаженству? Ищем ли благодати, не говорю - видимо чудодейственной, которая не всем дается, как и не для всех нужна, но благодати внутренне возрождающей, созидающей в нас сердце чистое, обновляющей в нас дух правый, соделывающей нас новою во Христе тварию? Не живем ли, напротив, небрежно и безпечно в растлении природы, в ветхом человеке, в делах плоти, в заботах или забавах мира, с праздным именем веры неоплодотворенной любовью и добрыми делами и потому не могущей ни родить в нас блаженства внутреннего, ни возродить нас в блаженство небесное?
Не красна похвала в устах грешника. Если желаем достойно ублажать Пресвятую Матерь Божию: то да возлюбим всем сердцем Ея достоинства и добродетели; возлюбив, да поревнуем, по возможности, в жизни следовать тому, что мыслию и словом ублажаем. В таком расположении утвердиться да поможет нам Сама ублажаемая нами, данною Ей благодатию и могущественными Ея молитвами к Сыну Ея и Богу, единосущному и прославляемому со Отцем и Святым Духом, во веки.
Радостно, с праведною Елисаветою, можем сказать и мы: откуду нам сие, да приидет Мати Господа нашего к нам? (Лк 1,43). Какой это незаслуженный и по недостоинству нашему неожиданный дар, что мы имеем сродную нам по естеству Матерь Господа нашего, и что Сам Господь дивно приблизился к нам, приискренне приобщившись нашего естества, наших немощей и наших болезней, кроме греха, даже нашей смерти, чтобы, приняв оные на Себя, взамен того подать нам жизнь и силу, чтоб нашей вере не далеко и не трудно было искать Господа нашего и обретать Его благодать, - при предстательстве Матери Его, Матери света, любви и милосердия?!