Не проходит и секунды, как молния бьет в Тсэ-Бонито, и вот мы стоим втроем – убийца монстров, принц дине и пройдоха. Я немного опасалась, что мы окажемся посреди скопления Псов-Законников или перед полицейским заграждением, но улица, на которой мы находимся, пуста. Я озираюсь во все стороны и не наблюдаю ни души. Словно мы оказались в нашем собственном карманном мире.
Я откидываю волосы с лица и смотрю на здание, возвышающееся перед нами. Это какой-то заброшенный мотель. Перед ним – широкая парковка, покрытая растрескавшимся асфальтом и перекати-полем. Рядом – подъездная дорога, упирающаяся в стеклянные двойные двери, за которыми располагаются стойка регистрации и сувенирный магазин. Ну или располагались когда-то. Теперь двери заколочены досками, а внутри темнота, кажущаяся немного зловещей. Наружная вывеска с помощью винтажного шрифта 1950-х годов сообщает нам, что это место называется «Шалимар». Вероятно, именно тогда же здесь останавливался последний гость.
– И что теперь? – спрашиваю я.
Кай смотрит на здание с непроницаемым лицом.
– Зайдем внутрь.
– Но здесь ничего нет. Здание заброшено.
– Только до захода солнца, – поправляет меня Ма’йи. – И только для тех, кто не знает, как правильно смотреть.
– Ты зайдешь? – спрашиваю я у него.
– Я уже заходил сегодня, – отвечает он, взбивая когтями голубой шейный платок цвета яиц дрозда. – Ту, которая вам нужна, зовут Мосы[72]. У нее найдется то, что вы ищете. – Он смотрит на свои карманные часы.
– Спасибо, Ма’йи, – говорю я.
Несмотря на все наши ссоры, я не могу не признать, что он выполняет свою часть сделки.
– О, не благодари преждевременно, – предупреждает он с улыбкой. – Прежде чем все закончится, ты вполне можешь меня проклясть. Вам пора… – Он машет рукой в сторону здания.
Я поворачиваюсь в сторону входной двери, но Кай кладет руку мне на плечо.
– Погоди, – шепчет он, провожая глазами Койота.
Несколько секунд мы стоим и смотрим, как он идет по пустынной улице Тсэ-Бонито, размахивая тростью.
Кай ждет до тех пор, пока Ма’йи не исчезнет окончательно, после чего лезет под рубашку и вытаскивает оттуда маленький желтый мешочек, привязанный кожаной веревочкой к шее. Он открывает его и достает пакетик с чем-то похожим на мелкий желтоватый песочек и небольшую емкость с серебристой мазью.
– Почему ты не хотел, чтобы Ма’йи увидел твою аптечку?
– Это то, о чем ему лучше не знать.
Я удивлена, что он беспокоится об осведомленности Ма’йи, но не могу с ним не согласиться. Да, сейчас Ма’йи помогает, но только ради собственных целей. И ему по-прежнему опасно доверять.
Вначале Кай открывает мешочек с желтым песком.
– Возьми, – говорит он и протягивает его мне. – Оближи мизинец, окуни его в мешочек, затем возьми мизинец в рот. – Он вздыхает, увидев подозрительность в моем взгляде. – Обещаю, он не причинит тебе вреда.
Я выполняю то, о чем он просит. Вкус у вещества острый и неприятный.
– Что это?
– Горький Корень. Спасает от дурных снадобий и сглаза. Но бесполезен против кулака или пистолета. – Он многозначительно смотрит на меня. – Любая опасность здесь на более тонком уровне. Мосы – это бикъэайе’йи, а не взбешенный полицейский или безмозглый монстр. А вот это, – он поднимает емкость с серебристой краской, – поможет бороться с вещами, которые не всегда видны.
Я беру маленькую баночку.
– Что, опять макияж? А я думала, что уже достаточно накрасилась.
Он одаривает меня легкой улыбкой.
– Вокруг моих глаз именно эта мазь.
– Она тебе идет, красавчик.
– Это снадобье, – терпеливо объясняет он. – Нанеси вокруг глаз, и оно поможет тебе видеть сквозь иллюзии.
Кай наносит смесь мне на веки, нежно прикасаясь пальцами к коже. Его лицо оказывается в нескольких дюймах от моего, и теплое дыхание заставляет мои ресницы дрожать. На таком расстоянии от него пахнет кедром с легкой примесью чистого табака. Это запах хороших снадобий, напоминающий о хогане Таха. Я вдыхаю его, закрыв глаза. Через мгновение Кай отступает, и вместе с ним уходит аромат.
– Что теперь видишь?
Я распахиваю глаза и начинаю недоуменно озираться, пока он не берет меня за плечи и не разворачивает лицом к старому мотелю. Только теперь на его вывеске читаются сияющие большие буквы:
«ШАЛИМАР: ИНДЕЙСКАЯ ТОРГОВАЯ ФАКТОРИЯ С ТАНЦЕВАЛЬНЫМ ЗАЛОМ»
– И как я раньше об этом не знала? – шепчу я, пораженная такой метаморфозой.
– А ты часто бываешь в Тсэ-Бонито?
– Терпеть его не могу. Приезжаю сюда только в крайнем случае.