2. Он справедливо был назван «величайшим греком со времён падения Константинополя» (К.Констас) и «отцом современной Греции». Такая характеристика является признанием того, что святой Косма спас те начала и принципы, которые как в исторической перспективе, так и сегодня характеризуют не только каждого грека, но и любого православного человека. Патрокосма[4] был человеком традиции. Традиция — не синоним консерватизма, а, напротив, динамичное развитие образа жизни, воплощающего унаследованные от предков идеалы и находящего им новые формы выражения, созвучные духу и средствам данного исторического периода. Традиционализм — богословская функция, отличающая, прежде всего, наших православных Святых. К их кругу, без сомнения, относится и Косма Этолийский.
Преподобный был настоящим подвижником, святогорцем и исихастом. Именно Святые в исторической перспективе показали себя подлинными носителями и выразителями традиции. По их стопам пошёл и святой Косма, вставший на путь очищения, просвещения и обожения. Он прошёл школу афонского монашества, «на Святой Горе семнадцать лет плакал о своих грехах»[5]. Приобщился к подлинно православному образу жизни, так что, когда покинул Афон, не потерял с ним связь, а стал выразителем его духа. И в миру, где праведный Косма каждый день жертвовал собой ради блага братьев своих христиан, Святая Гора была для него не географической точкой на карте, а образом жизни, мысли, существования. Это и стало основой его миссионерской деятельности. Без духовных предпосылок православная миссия существовать не может. Её фундамент не мораль и этика, а аскеза и Дух Святой. Патрокосма, несомненно, был одним из коливадов[6]. У нас есть свидетельства[7] его неразрывной духовной связи с участниками этого движения[8]. Преподобный следовал святоотеческому идеалу, и непрестанная аскеза была предпосылкой его богословия. Я много раз восхищался и поражался невероятному сходству образа святого Космы с великими отцами нашей Церкви. Эта общность достигнута не путём интеллектуального усилия и научного изыскания, а общим аскетическим опытом и духовными переживаниями. Так в любой исторический период и достигается святоотеческий дух. Святой Косма не стал простым преемником, «наследником на троне» святых отцов и апостолов. Он был продолжателем их традиции. Пророки — апостолы — святые отцы движутся в одном направлении по линии церковной традиции. Они светлые маяки и вехи на пути её развития. Дар прозорливости Космы Этолийского, его мученическая кончина в сочетании со всеми сопутствующими его жизни чудесными явлениями — всё это суть подтверждение и проявление почивавшей на нём Божественной Благодати, удостоившей его права стать пророком целого народа.
Традиционность святого Космы видна в его постоянном сошествовании со всеми святыми и, прежде всего, с Пресвятой Богородицей. Он безмерно любил нашу Владычицу и Заступницу. Свою традиционность Святой неразрывно связывает с Церковью. Он действовал с разрешения и благословления Вселенских Патриархов Серафима II (1757–1761) и Софрония II (1774–1780). Стал проповедником и просветителем всего ромейского[9] мира.
Связь с живой церковной традицией воплотилась и в его миссионерской деятельности. У святого Космы было подлинно апостольское сознание. Его жертвенная любовь к соотечественникам была плодом его православных убеждений. Святой подчёркивает: «Каждый христианин, будь то мужчина или женщина, должен заботиться не только о своём спасении, но должен ещё заботиться и о своих братьях (см. 1Кор.10:24). А тот, кто печётся только о себе и совсем не заботится о ближних, не наследует Царствия Божия. Братья, с тех пор как я услышал эти слова нашего Господа, они долго точили моё сердце, как червь точит дерево, и я размышлял, не зная, что предпринять»[10].
Средством своей апостольской проповеди Святой избирает миссионерское путешествие. Около двадцати лет он беспрерывно странствует по стране, неся людям живую воду истины Христовой. Он созидает единство народа и трудится ради его объединения и организации на основе греко-православной традиции. Его любовь к своему народу была безграничной. Согласно Эдуарду Шпрангеру «тот, у кого нет народа внутри, ничего ему дать не может». Сердце вождя и сердце народа должны биться в унисон и быть словно сообщающиеся сосуды. Об этом проповедник и сам говорит своим слушателям: «Учёные должны стремиться не в господские дома, не ко двору вельмож и не для богатства и знаменитости расточать свою учёность, но… обязаны учить простой народ, живущий в великом невежестве и грубости»[11].
4
Патрокосма́с — батюшка Косма (греч.). Так греки часто называют своего народного Святого. —
5
Διδαχή Α, 2. Βλ. Ιωάννου Β. Μενούνου, Κοσμά τού Αιτωλού Διδαχές..., Αθήνα, χ. χρ. σ. 148
6
Коливады — группа афонских монахов-традиционалистов, получившая свое название из-за несогласия с практикой поминовения усопших по воскресным дням (коливо — заупокойная кутья). Коливады стояли у истоков духовного возрождения Балкан, занимались народным просвещением. —
8
Подробнее о связях прп. Космы с коливадами и прп. Паисием Величковским можно прочитать в книге нашего издательства: Традиционное просветительство в Греции в XVIII в.: Косма Этолийский и Никодим Святогорец. М., 2008. —
9
Ромеи — жители Византийской (Ромейской) империи. Они объединялись не столько этническими, сколько религиозными, языковыми и территориальными принципами. Современные греческие авторы также часто употребляют термин «ромиоси́ни» (ромейство). Они полагают, что православное население Балкан было разделено во многом искусственно, подчеркивают необходимость объединения всех ромеев. Неотъемлемой частью ромейской идентичности является Православие. —
11
Βλ. καί τίς επιστολές του στού επισκ. Αυγουστίνου Ν. Καντιώτου, Κοσμάς ο Αιτωλός, Αθήναι 1977, σ. 317 ε.ε.