– За мной, – скомандовал. – Если возможно – сразу поднимемся.
Быстро перетряхнув сумку, я вытащил из потайного кармана кошелек. Пожалуй, это самое важное для дальнейшего выживания. И протянул его Артизару, чтобы убрал в пальто. Склоняясь все ниже, а после и вовсе опустившись на колени, я полез по узкой каменной кишке дальше от места падения.
Кронпринц сопел позади.
Уверен, вопросов у Артизара было – задавать и задавать. Но он, несмотря на свой статус, не спешил выплескивать их, требовать пояснений и планов. То ли все-таки хватило ума оставить любопытство на подходящее время, то ли гибель отряда и сход лавины стали травмой, с которой юношеская психика не справлялась, и Артизар подавлял все плохие мысли, не решаясь лишний раз открывать рот.
Скоро узкий проход, последние десять клафтеров по которому пришлось ползти, едва втискиваясь между острыми краями камней, наконец раздался. Пещера оказалась куда больше предыдущей, напоминающей гроб на двоих. Здесь не то что можно было свободно стоять в полный рост, но даже в прыжке я едва доставал до свода. А прыгал я вообще-то высоко.
– Молодец, что заранее посмотрел, – снова похвалил Артизара.
В темный и узкий ход, буквально сдавливающий, рискнул бы залезть не каждый смельчак.
– Спасибо. Нужно же было чем-то заняться. – Артизар отвел взгляд. – Первый день я толком не запомнил. Кое-как стащил с тебя пальто. Грелся. Все думал, что это, должно быть, кошмар и сейчас я проснусь. А на второй, чтобы не пялиться на труп, решил проверить, есть ли сквозной проход, – вдруг тупик.
Расщелина в центре покатого купола пещеры действительно оказалась у́же и короче. Я приметил удобные выступы, к тому же можно было дотянуться от одного края до другого и упереться.
– Лезешь первым, – принялся я за инструктаж. – Никакой самодеятельности. Внимательно слушаешь команды, хватаешься и наступаешь только после того, как разрешу, и на те камни, на которые укажу. Не спешишь. Не паникуешь. Накроет – предупреждаешь и прижимаешься ближе к стене. Если сорвусь я – выбираешься самостоятельно и спускаешься в город. Деньги у тебя.
Если Миттен, конечно, уцелел.
– Лазарь! Я не брошу тебя! – то ли возмутился, то ли испугался Артизар и вцепился в рукав свитера, словно я мог раствориться в воздухе.
Пересилив желание дать мальчишке подзатыльник и накричать, я пояснил:
– Бросишь. Ресурсов, чтобы еще три дня ждать моего воскрешения, нет. Для тебя шанс выжить один – выйти к людям. Понял? А я сам справлюсь.
Рукав Артизар не отпустил, но, сжав губы, кивнул.
– Смотри. – Лучом от оков поочередно указал на нижние выступы. – Я подсаживаю, ты подтягиваешься и – раз и два – цепляешься. Затем осторожно встаешь, перелезаешь во-о-от сюда, чтобы я тоже поднялся. Если почувствуешь, что не держишь равновесие, за тот камень хватаешься. Понял? Показать еще раз?
Проследив за лучом, мальчишка послушно повторил вслух, что ему следовало сделать. Затем немного помолчал, собираясь с силами.
– Готов, – голос Артизара дрогнул. Он потер шею и уже открыл рот, чтобы что-то добавить или уточнить, но, сглотнув, отвернулся.
Веса в мальчишке было – не сильно тяжелее собранной сумки, особенно если вычесть одежду и сапоги. При этом ростом он почти доставал до моего плеча, а в будущем грозился вытянуться еще сильнее. Впрочем, Абелард – его отец – уступал мне всего пару дюймов. Наследство в этом плане у Артизара добротное.
Подтягиваться мальчишка, как выяснилось, не умел. Или настолько ослаб от стресса и добровольной голодовки, что подсаживать его пришлось пять раз. Когда он, наконец, с трудом вскарабкался чуть выше, освобождая нижние выступы, от напряжения у меня дрожали руки, а по спине ручьем тек пот.
– Следовало бы казнить того, кто отвечал за твою физическую подготовку, – сообщил я, выдохнул, сконцентрировался и в прыжке дотянулся до нужного камня.
Тренированное тело, привыкшее к нагрузкам, действовало на рефлексах.
– Горы уже позаботились об этом, – донеслось сверху, и в надломленном голосе послышался вызов. Будто Артизар рассчитывал усовестить меня, заставить ощутить неловкость, может, даже извиниться.
– Будь в отряде хоть пара умелых солдат, вами так легко не закусили бы, – проворчал в ответ. – Если ты слабак, не удивляйся, когда станешь добычей. Слышал про естественный отбор? [6] Вот он, пожалуйста, на самом наглядном примере. Что это вообще за доверенные люди, если пользы от них, как от калек и женщин? Так, теперь сюда наступай. Правильно, да. И вот здесь удобно…
6
Ни Дарвина, ни, соответственно, дарвинизма в этом мире нет. Люди произошли от Адама и Евы, однако местным ученым это не помешало заметить процесс, направленный на выживание более приспособленных и исчезновение не адаптирующихся видов.