– Вы мне и ногтя не сломаете. С дороги!
Я шагнул вперед и схватил то ли излишне вежливого, то ли ленивого капрала за ворот. Потянул на себя, подсекая под ноги. Тут же уклонился от удара древком в висок, когда один из стражей бросился сбоку, и швырнул капрала в его сторону. Беда маленьких городов – преступления тут тоже маленькие. И как бы хорошо ни проходили ежегодные учения, если они, конечно, в Миттене вообще случаются, с настоящей потасовкой – не вечерней возней пьянчуг – эти люди не сталкивались.
Юнец в форме не по размеру бросился на меня, нелепо прижимая пику к груди, будто перепутав ее со щитом. Я пнул его в колено, вырвав оружие из ослабевших пальцев, сделал шаг вперед и плашмя ударил древком по горлу. Следом, крутанув пику за упорное кольцо посередине, ткнул окованным концом в живот стража, напавшего с другого бока.
Драка больше напоминала то ли фарс, то ли избиение младенцев. И была невыносимо скучна.
Горла, аккурат под ошейником, коснулся холод металла.
– С кем имею честь? – Я, подняв руку, прикоснулся к кромке лезвия, проверяя остроту – та была бритвенной.
– Командующая воинским гарнизоном Миттена, рыцарь-командор Хильда фон Латгард, – раздался ледяной, холоднее лезвия, голос с легкой прокуренной хрипотцой.
Женщина-командор. Прогрессивно. После нескольких попыток напрячь голову мне даже удалось вспомнить, как правильно обращаться к даме в подобном звании.
– Я – доверенное лицо первого префекта апостольского архива…
– Мы знакомы, герр Рихтер, – резко оборвала пафосное представление рыцарь-командор. – Шлезвигская кампания. Я была адъютантом маркиза Эберарда.
– Не помню. Шлезвигская кампания, фрайфрау [7], состоялась, если не путаю, четырнадцать лет назад. Знаете, сколько еще я повоевал с тех пор?
Наша прекрасная священная империя редко отказывала себе в удовольствии откусить жирный кусок от соседних стран. И, правильно заметил Балберит, где бы ни вспыхивал конфликт, я всегда оказывался там. Поэтому сейчас и не пытался припомнить ни маркиза, ни его адъютанта. Да и саму компанию уже не мог отделить в уме от прочих войн, в которых принимал участие.
Лезвие, наконец, убрали, оставив длинную саднящую царапину. Я бросил пику на обледенелые камни, развернулся и увидел, как точным движением рыцарь-командор вернула шпагу с золоченой рукоятью в ножны, поправив подвязанный на эфесе офицерский темляк [8]. Верхней одежды на ней не было. На черном мундире висели орден Луизы [9] и два креста: серебряный – за военные заслуги, а также дюппель-штурмовой [10]. Справа к кителю крепился золотой аксельбант [11]. Хильда фон Латгард была высокой, сухопарой, около сорока лет. С короткими гладко причесанными седыми волосами, тонкими губами, наискосок пересеченными шрамом и недовольно поджатыми. Светлые глаза смотрели с холодной и строгой ненавистью.
– Что ж… Ваша память, герр Рихтер, под стать вашим манерам, – резюмировала фон Латгард. – Я обязательно обеспечу вас и дракой поинтереснее, и сломанными ногтями, не сомневайтесь. Но для начала объяснитесь: какого черта забыли в Миттене, да еще и в таком виде?
– Мы с этим щенком, – я кивнул на Артизара, виновато сопевшего рядом, – выжили после схода лавины. И желаем встретиться с бургомистром или иным лицом, на которое возложены обязанности по управлению городом.
– Удивительно, – желчно заметила фон Латгард. – А со стороны выглядит так, будто вы не срочной встречи ищете, а беспричинно калечите моих людей. Впрочем, зная вас, наверное, стоит поблагодарить, что не успели никого убить.
Я провел пальцем по шее, ощущая уже замерзшую и стянувшую кожу кровь. Поправил ошейник, неприятно задевающий краем свежий порез. Интересно, фон Латгард настолько хорошо, что и через четырнадцать лет не ошиблась, запомнила именно Лазаря Рихтера или приметные оковы? В народе о них ходило такое множество легенд, даже больше, чем обо мне самом, что зачастую оковы удостоверяли полномочия куда лучше магической грамоты с подписью Йозефа.
Артизару достаточно не упоминать династию, переврать фамилию или выбрать новое имя. Мне же некуда бежать от самого себя. И как бы я ни был окрещен при рождении, вот уже сорок два года оставался и остаюсь верным слугой приората, названным в честь персонажа из «Гезец Готт», и не могу этого изменить.
Впрочем, чего кривить душой – не хочу.
– Бургомистр не появляется в ратуше так рано. – Фон Латгард обернулась к стражам и приказала: – Пошлите за ним. Что ж, герр Рихтер, подождем маркграфа Хинрича в моем кабинете.
Артизар нервно выдохнул.
7
Фрайгерр – вид дворянства в Германской империи, дословно «свободный господин». Женская форма титула – фрайфрау.
8
Темляк – петля или кисть на эфесе холодного оружия. Бывает как обязательной частью военной формы, так и знаком отличия на наградном оружии. Также темляк в виде петли надевают на кисть руки, что препятствует потере оружия.
9
Орден Луизы был учрежден Фридрихом Вильгельмом Третьим в память о скончавшейся супруге. Орден вручался женщинам за заслуги по уходу за ранеными и больными военнослужащими в ходе военных действий.
11
Аксельбант – наплечный знак различия в виде золотого, серебряного или цветного плетеного шнура (иногда с металлическими наконечниками), который является частью военной формы.