Сам подошел к кровати и сел, откинув одеяло с груди сына. Я замедлила шаг, с любопытством наблюдая. Лорес пошевелился, приоткрыл глаза.
— Ни слова, — предупредил Эрсанн непреклонно.
Только плотно поджатые губы выдали недовольство главного следователя Арнедилии. Его отец между тем поднес ладони к лицу сына и медленно, не касаясь, повел вдоль тела. Я едва не позабыла, зачем и куда шла, хотя ничего видимого не происходило. Я понимала, что, как и с огнем, Эрсанн применяет магию, чтобы понять, насколько все серьезно с наследником. Потом спохватилась, очнулась от столбняка и поспешила к шкафу. Большому, из темного дерева, двери украшены изящной резьбой. Внутри, естественно, идеальный порядок, все на вешалках, на полках аккуратно сложенные стопки. Я повесила мундир, рубашку, штаны, и вернулась к стулу, как было сказано. Эрсанн уже закончил магическую диагностику, но судя по тому, что веселее не стал, все не так, чтобы радужно для Лореса.
— Истощение, — изрек он. — Три дня постельный режим, никакой магии, даже самой простой, и до конца недели если посмеешь явиться в департамент, вспомню, что ты еще и мой сын, и при всех отшлепаю ремнем, — все это Морвейн-старший произнес ровным голосом, с непроницаемым лицом. А потом посмотрел на меня. — Яна, отвечаешь за этого оболтуса и соблюдение им моих рекомендаций.
Наш слаженный вопль раздался одновременно, только мой — удивленный, а Лоресов — гневный.
— Что?
— Папа.
Лорд министр выгнул бровь, смерил сначала меня, потом сына насмешливым взглядом.
— Будем спорить? — обманчиво спокойно поинтересовался он.
Я вняла скрытому предупреждению. Упрямый больной — нет.
— Папа, я за два дня на ноги стану. У меня работы невпроворот, — заявил он. — Да ты сам знаешь…
— Уймись, Эрис прекрасно справится, — отрезал Эрсанн и встал. — Если у тебя хватило глупости сунуться, не проверив дом на наличие неприятных сюрпризов, теперь лежи и думай о своем поведении. После удара подобных артефактов сам знаешь, время восстановления не меньше недели, а то и дольше. Тебя спасает только высокая категория.
Меня распирало любопытство, что же случилось, но я в разговор не встревала. Захотят — расскажут. Вдруг это государственная тайна? Поэтому сидела тихо и смиряла детское желание ерзать от нетерпения. Ох… быть сиделкой Лоресу… Пока не знала, как отнестись к новому назначению, мне ведь еще учиться надо. Или Эрсанн в связи с событиями перенес экзамен? Уточнить не успела, заговорил Лорес.
— А если я скажу, что успел зацепить ауру этого умника-кудесника? — пусть и слабым, но чрезвычайно довольным голосом отозвался младший лорд.
Эрсанн замер, его брови поползли вверх в неподдельном удивлении.
— Серьезно? — переспросил он.
Вместо ответа Лорес повернул голову и попросил:
— Ян, достань из кармана мундира, кольцо.
Я встала, принесла требуемое, отдала Эрсанну. Кольцо с виду обычное, с крупным розоватым камнем. Хозяин дома взял, посмотрел на свет, чуть прищурившись.
— Точно, аристократ, метка есть, или кто-то из родителей знатных кровей, — задумчиво протянул он. — Категория… — Эрсанн помолчал, нахмурился. — Не нравится мне это, — пробормотал, спрятал кольцо в карман штанов и посмотрел на сына. — От седьмой, точнее не могу, кусочек маленький. Так, я пошел, мне еще с его величеством объясняться, что за шум в городе. Буду не очень поздно, — Эрсанн глянул на меня. — Поужинаешь со мной, Яна, там все обговорим. Отдыхай, Лорес.
Его светлость кивнул сыну и вышел из спальни, оставив нас вдвоем. Я осторожно покосилась на больного — он повернулся на бок, натянув одеяло на плечи, и смотрел на меня, прикрыв глаза. Эм. И что, мне просто сидеть рядом? Я же загнусь со скуки, а если Лорес еще и уснет? Может тогда хотя бы за книжкой сходить, я бы повторила, не уверена, что хорошо запомнила про города…
— Ян, — тихо позвал Лорес. — Сядь со мной.
Не приказ, просьба. Он снова выглядел устало, и все мысли о скуке вылетели из головы. Я подошла, села, борясь с желанием провести по щеке, запустить пальцы в темные, растрепанные волосы, погладить. Как-то поделиться своими силами, только бы Лорес скорее поправился. Я действительно переживала за него, при мысли, что с ним могло случиться что-то серьезное, желудок сжимался в страхе. Привыкла думать, что два практически самых сильных после короля мага неуязвимы. А вот поди ж ты, нашелся умелец. Нет, Лореса теребить не стану, лучше вечером Эрсанна попробую поспрашивать, вдруг случится чудо и он ответит на мои вопросы.
Лорес высвободил из-под одеяла руку и… взял мою ладонь. Погладил, потом поднес к губам — сухим, но прохладным, — прижался к середине и приложил к щеке. Глаза его окончательно закрылись, Морвейн-младший долго вздохнул. Я сидела, боясь пошевелиться, от его нехитрых действий охватили растерянность и волнение. Чего это он?..