— Я-а-а-а-ан, конечно, тебе не надо знать ее от корки до корки, — он сел рядом, положил книгу на стол и открыл. — Только правила поведения на королевских приемах и общие знания по светскому этикету.
К пяти часам я поняла, что не хочу быть леди. Более того, не отойду ни на шаг от Морвейнов, буду улыбаться и молчать. И танцевать только с ними. Потому что здесь существовала такая же система, как в моем мире: дамы носили на браслетах маленькие записные книжки, где составлялся список танцев и кавалеров на них. Более того, в этом списке соблюдалась строгая иерархия, с кем следовало танцевать в первую очередь, а кого поставить в конец. Кошмар… Рекомендации, в какие комнаты леди не следовало заглядывать, на какие темы не следовало вести разговоры, и еще куча всяких мелочей. Мне стало жалко местных девочек, их же с детства этому всему учат. А потом на выходе имеют то, что имеют… Закончив с главой про поведение на королевских приемах, Лорес повел меня в бальный зал.
— Лорес, вот скажи мне, глупой, кто придумал эти правила, а? Потому и вырастают такие женщины, как Аллалия, — не могла я никак уяснить логику этого странного общества аристократов. — Мужчинам неинтересно, когда рядом умная женщина?
— Ян, мужчинам неинтересно, когда женщина лезет в их дела, — со смешком ответил младший лорд. — Женщина должна быть красивым украшением, вот главный девиз наших мужчин. Что там у нее в душе, волнует очень немногих. А женщин тоже все устраивает, им не надо ни о чем заботиться, даже детей воспитывают няньки и гувернантки. Существуют так называемые детские балы, куда допускаются дети по достижении десятилетнего возраста, их там учат правильно вести себя в обществе, — Лорес пожал плечами. — Да, Ян, всех все устраивает, поэтому такие, как ты или Эрис, большая редкость. Женщины, даже если им что-то не нравится, тщательно скрывают свое недовольство, иначе будут изгоями.
— Как все сложно, — пробормотала я. — Ну а Эрис? Как она такой стала? И как вышло, что она работает в твоем отделе, да еще и заместителем?
— Сначала урок, а потом расскажу про Эрис, за ужином, идет? — Лорес пропустил меня в музыкальную комнату. — Сегодня продолжаем парные танцы.
Ладно, вечером, так вечером. Танцами мы занимались часа два, и я настолько увлеклась, что не сразу заметила зрителя. В комнате уже стало сумрачно, но отсутствие света лично мне не мешало, даже придавало уроку некоторую интимность, налет романтики. Негромкий голос Лореса, его взгляд, прикосновения… Кажется, я медленно, неотвратимо привязывалась к Морвейнам слишком крепко. Наткнувшись же на пристальный взгляд Эрсанна, наблюдавшего за нами — он стоял у входа, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, — я чуть не наступила Лоресу на ногу от неожиданности.
— Привет, пап, — младший лорд остановился, не сняв руки с моей талии, и улыбнулся отцу.
— Привет, — Эрсанн улыбнулся в ответ и кивнул. — Молодцы, очень даже неплохо, Яна. Только уверенности больше, ты напряженная слишком. Доверься партнеру, он не ошибется.
Угу, вам с Лоресом я могу довериться хотя бы в танце, а вот другим… При мысли, что кто-то еще будет ко мне точно так же прижиматься, стало немного неуютно.
— Идем ужинать, — Эрсанн вышел из залы.
В малой столовой уже накрыли, мы сели, и, конечно, я нетерпеливо спросила Лореса:
— Так что там с Эрис?
— А что с ней? — лорд министр магии в удивлении поднял брови. — Она сегодня весь день в разъездах, как и говорила, по делу Лимер и нападавшего.
— Яна хочет услышать, как так получилось, что леди Солерн работает в отделе расследований и носит мужскую одежду, — с веселой усмешкой пояснил Лорес.
— О, — Эрсанн тоже разулыбался. — История занятная, Ян, и необычная для нашего общества, конечно.
— Я с ее старшим братом дружу, мы учились вместе, — начал рассказывать Лорес, пока его отец накладывал мне тушеную в соусе свинину. — Эрис с детства росла за городом практически без присмотра, отца у них нет. Он погиб почти сразу после рождения дочки, ездил дипломатом в одну из южных стран, а там как раз очередное восстание случилось, ну и не вернулся домой. Мать ее тот самый пример утонченной леди, — в голосе Лореса проскользнули насмешливые нотки, — два года усердно изображала горе, пока дочкой занимались няньки в загородном поместье, да брат навещал. Он-то и научил Эрис рано читать, и она принялась за богатую отцовскую библиотеку вместо изучения этикета и правил поведения на светских раутах, — Лорес хмыкнул. — Более того, у маленькой леди обнаружились серьезные способности, шестая категория у женщин нечасто встречается. Да еще и характером Эрис тоже в папу пошла. В общем, когда пришло время вывести дочку первый раз в свет, было уже поздно что-то менять. Она носила штаны и рубашки, потому что в них удобно верхом скакать, рассуждала о политике и философии, совершенно не умела флиртовать и строить глазки, и как выяснилось, с большим удовольствием проводила время с компанией брата и его друзей, — Лорес тихо рассмеялся. — Мать Эрис была в ужасе, ибо умненькая доченька в нечастые приезды родительницы старательно изображала благовоспитанную барышню — приезды длились не дольше одного-двух дней. А когда леди забрала дочь в Мангерн готовить к Королевскому балу в честь дня рождения короля, тут-то все и вскрылось. Эрис встала в позу и поставила условие: или она идет на этот бал в том, в чем ей удобно, или явится в королевский дворец голой.