— Поставь ножку, — тем же завораживающим голосом произнес он и похлопал ладонью по своей коленке.
Молча сняла туфельку, обмирая от происходящего, поставила ступню — пришлось чуть приподнять платье, — и… ладони Эрсанна легли на лодыжку, я через тонкий шелк чувствовала, какие они горячие. Глаза старшего лорда не отрывались от меня, пока руки медленно поднимались вдоль ноги, рождая волны дрожи по телу.
— Ч-что ты… — вырвалось у меня, я взволнованно облизнула пересохшие губы.
— Тих-х-хо-о-о, Ян, — перебил Эрсанн, ладони тем временем миновали коленку и уже уверенно скользили по бедру. — Я всего лишь сниму чулок.
Пока я хватала ртом воздух, на время растеряв все слова, его пальцы ловко выдернули из-под подвязки край вышеупомянутой детали нижнего белья, и ладони заскользили обратно уже вместе с шелковой тканью. По коже словно искорки разбегались, я утонула в неожиданно ярких ощущениях от такого простого, казалось бы, действия Эрсанна. Глаза сами прикрылись, я едва устояла на одной ноге — по телу разливалось знакомое жаркое томление. А он… небрежно отбросив чулок в сторону, вдруг одним движением поднял край платья, обнажив коленку, и осторожно прижался к ней губами. Кровь вспыхнула огнем, я беззвучно охнула, пошатнувшись, и уже стало не до географии Арнедилии. Эрсанн между тем выпрямился, аккуратно поправил платье и поставил мою ногу на пол. Потом снова откинулся на спинку и махнул рукой с ну очень довольным видом.
— Продолжим, — как ни в чем не бывало, заявил он. — Следующий город, — узрев коварную усмешку, я с обреченностью поняла, что искать его тоже буду долго.
Наскребла силу воли, с трудом угомонила проснувшиеся от шалости Эрсанна эмоции и немного сипло поинтересовалась:
— А предыдущий где все-таки?
— Ближе к центральной части страны, к востоку от столицы, — сообщил этот… провокатор сиятельный.
Я возмущенно засопела, сжав кулаки, но лорд директор молча перевернул часы, с его губ не сходила усмешка. Так, да? Ла-а-а-адно. Резко выдохнула, остро чувствуя недостачу в одежде и гадая, что же пожелает снять с меня следующее его озабоченная светлость. И почему мысли в голове по большей части крайне неприличные? Ян, не отвлекаемся, город ищем. Черт, он может находиться в любой части карты, если судить по предыдущему заданию. А я не желаю сдаваться вот так сразу, на милость Эрсанну и своим желаниям. Так же неинтересно будет. Я добросовестно изучала карту все отведенное время и, конечно, не уложилась, кто б сомневался. Развернулась, замерла на несколько мгновений — Эрсанн без слов поманил к себе, отчего в голову плеснуло пряной волной волнения, — и подошла. Что на этот раз?..
Морвейн-старший выпрямился, не сводя с меня пристального взгляда, положил руки на бедра и встал, проведя ладонями вверх вдоль тела. Я подалась чуть вперед, между нашими телами оставались считанные сантиметры. Ноздрей коснулся бодрящий аромат можжевельника и апельсина. Ох, Эрсанн, что ты со мной делаешь… И твой сын тоже… Время словно замерло, пока я смотрела в эти бездонные глаза, а пальцы его светлости медленно расстегивали пуговку на накидке. Потом ладони скользнули по груди, поднялись на плечи, сдвигая прозрачную, легкую ткань, и я чуть шевельнула руками, позволив ей упасть. Пальцы Эрсанна провели по шее до затылка и зарылись в пряди волос. Морвейн-старший наклонился ко мне низко-низко, второй рукой приподнял голову за подбородок, почти касаясь губ.
— Как тебе мой подарок, Яночка? — вкрадчиво поинтересовался он. — Понравился?
Я судорожно сглотнула и кивнула молча, опасаясь, что голос изменит и вместо слов вырвется сипение.
— Хочу посмотреть, как он на тебе будет смотреться, — большой палец погладил мои полуоткрытые, сухие губы. — Покажешь, девочка моя?
От последних двух слов сердце вспорхнуло птичкой, и ответ сам сорвался, я даже подумать толком не успела:
— Да…
Не знаю, чем бы закончился этот урок географии, но нас прервали — в гостиную заглянул Лорес.
— Пап, Ян, Хлоя передала, Эрис пришла, — как ни в чем не бывало, произнес он.
Я от неожиданности шарахнулась, подавившись вздохом, но Эрсанн с тихим смехом поймал и прижал к себе.
— Сейчас будем, — весело ответил он, пока я пыталась прийти в себя и угомонить разбушевавшиеся эмоции.