— Угу, — Лорес отобрал, осмотрел и тоже кивнул с одобрением. — Ну, тогда начнем, пожалуй, — таким многообещающим голосом добавил он, что я поперхнулась воздухом и чуть не закашлялась.
А еще посмотрел, да так, что я моментально вспомнила, что без чулок, на мне золотистая паутинка, и… у платья застежка спереди. Лорес медленно улыбнулся, протянул руку и легко, едва касаясь, провел по щеке. Кожа вспыхнула сотней искорок, по спине скатилась жаркая волна, а между ног сладко заныло. Если еще и учесть, что, как бы так выразиться, у меня после деликатных дней резко обострялись желания, то неудивительно, что на такую простую ласку тело отозвалось дрожью. Я едва не качнулась навстречу Лоресу, удержавшись в последний момент. Янка, спокойно. Держим себя в руках. Я глубоко вздохнула и осторожно отошла.
— Во что ты играла у себя? — как ни в чем не бывало, спросил Лорес, достав с полки коробку с шарами.
— Вообще, у нас два варианта было, с белыми и цветными шарами, — я с радостью ухватилась за возможность отвлечься от темы условий нашей игры и от резко проснувшегося либидо. — Я с цветными больше играла, они меньше и в лузы попадать удобно, — честно призналась. — А с белыми у нас в основном мужчины играют.
— Понятно, — Лорес усмехнулся и положил на сукно уголок. Его взгляд неторопливо прогулялся по мне, а от усмешки как в горячую воду окунули. — Тогда будем играть в женский вариант, — он выложил первый цветной шар, не сводя с меня взгляда, и покатал его между пальцами.
Ох. Чувствую, эту игру я запомню надолго.
Глава 21
— И что тут у нас? — раздался голос Эрсанна, пока я, как завороженная, следила за руками его сына. — О, Лор, уговорил Яночку? — весело добавил он, и я нервно дернулась, чуть не шарахнувшись в сторону. — И когда успел?
— А она мне должна за неправильный ответ, — младший Морвейн с самым похабным видом подмигнул, закончил с шарами и убрал треугольник. — Мы королевскую родословную проверяли.
— И на каких условиях игра? — поинтересовался Эрсанн, прислонившись к столу и скрестив руки на груди, темная бровь вздернулась, а уголок губ пополз вверх.
Вот же ж, как хорошо он знает сына. Впрочем, ничего удивительного. И в том, что я опять отчаянно покраснела, тоже. Потому что знаю, кто будет озвучивать эти чертовы условия.
— Я-а-а-ан, — протянул гад Лорес, выразительно глянув на меня и неторопливо натирая мелом кий.
Эм-м-м-м. От его действий бросило в жар, и даже в моем легком платье стало неудобно. Да-а-а, Яночка, а что это у нас мысли сплошь непристойные, не скажешь? В горло как песка насыпали, и пришлось подойти к столику за бокалом с настойкой. Я ее не допила, хотя вещь вкусная, пусть и крепковатая на мой взгляд. Однако в той ситуации, в которую меня загнали Морвейны, это скорее в плюс, чем в минус. Сделала два глотка, посмаковала кисло-сладкий, приятный вкус и поставила бокал обратно. Медленно, с перерывами выдохнула и повернулась к Эрсанну. Ну, ладно. Я не смущаюсь, не смущаюсь.
— Если кто-то из нас забьет шар, я говорю Лоресу, куда меня поцеловать, — протараторила, сжимая пальцами кий и стараясь смотреть прямо перед собой.
Послышался смешок Эрсанна.
— А ты затейник, сын, — ехидно отозвался он. — Как понимаю, это не все?
Понятливый нашелся, я же провалюсь от смущения сейчас. В цокольный этаж, как раз в винный погреб.
— Нет, — невозмутимо отозвалась вредная младшенькая светлость.
Я покосилась на Лореса — он поставил белый шар на сукно и наклонился над столом, прицеливаясь. Невольно засмотрелась на сосредоточенное лицо, на то, как четким, скупым движением кисти он ударил в шар и разбил так, что остальные раскатились почти по всему сукну. И… один закатился в лузу. М-мамочки. Лорес выпрямился, повернулся ко мне, и в его глазах вспыхнул серебристый огонек.
— Так что там с условиями? — напомнил Эрсанн, и мой взгляд метнулся к нему.
Отец и сын. Такие разные, и в то же время неуловимо похожие. И оба мне нравятся, будем честными. Больше, чем нравятся. Несмотря на их властность и местами категоричность, несмотря на разность в воспитании и менталитете, в положении. Я к ним привыкаю, вот что самое главное. Привыкаю к нежности, настойчивости, к… откровенности, с которой они себя ведут со мной. К тому, что рядом с ними я — женщина. Желанная и интересная не только с точки зрения постели. Уф. Двое. Мужчин. И одна маленькая, закомплексованная, стеснительная я… Вперед, Янка, на баррикады. Ты такой была в прошлом, а на самом деле ведь другая, Морвейны правы. И я храбро ответила, глядя в глаза Эрсанну:
— Если шар в лузу не попадает, то меня целуешь ты.