Лорес отложил кий, развернулся и неторопливо направился ко мне, а я порадовалась, что сижу. Тело охватила слабость, я, как завороженная, смотрела в глубокие омуты его глаз, понимая, что пропала. Мыслей не осталось никаких, только предчувствие дергало нервы, как профессиональная арфистка струны. Лорес остановился рядом с нами, присел, и его ладони обхватили мои лодыжки, отчего я вздрогнула — руки у младшего лорда оказались горячими.
— Ну что, Яночка, — мягко произнес он, улыбнувшись. — Готова?
— Н-нет, — вырвалось у меня хрипло. — К чем-му?..
Улыбка стала шире, в темно-голубой глубине вспыхнул серебристый огонек. Ладони медленно двинулись вверх, поднимая платье.
— К поцелуям, — последовал краткий ответ.
Э-э-э-э… А речь шла о нескольких? Я не успела возразить или уточнить.
— Я же закатил все шары, — добавил Лорес выразительно, а ладони между тем уже поднялись до колен.
Губы Эрсанна снова обожгли шею поцелуем, рассыпав по сверхчувствительной коже искорки, одна рука обвила мою талию, пальцы же второй медленно провели по застежке на корсаже. Намек более чем прозрачный. Лорес медленно наклонился и теперь уже его губы прижались к моей коленке, пока ладони скользили дальше, выше, по бедрам. М-м-м… Знакомые бодрящие эмоции, гремучая смесь волнения и смущения прошлась по телу волной, отзываясь в каждой клеточке. Эрсанн расстегнул первую пуговичку, и сердце сорвалось, заколотившись с сумасшедшей силой, отдаваясь в ушах, сбивая дыхание. Я же знаю, как это сладко, когда они ко мне прикасаются… везде. Прикрыла глаза и расслабилась, позволив наслаждению растечься по телу горячей патокой, растворяя сомнения и страхи. А Лорес уже покрывал узорами из нежных поцелуев мои бедра, задрав платье почти до пояса, и я плавилась от этой изысканной ласки, чуть выгнувшись навстречу рукам Эрсанна, уже справившимся с пуговичками. Лиф распахнулся, ладонь старшего лорда уверенно скользнула под корсаж, обхватив грудь, большой палец обвел напрягшийся сосок, стрельнувший вспышкой удовольствия, и я тихо охнула в голос.
— И что там у нас? — мурлыкнул Лорес, совсем откинув тонкую ткань. — Оу, Я-а-а-а-аночка, — с восхищением, от которого перехватило дыхание, протянул он. — Наконец-то, смелая моя девочка.
Е-о-о-о-о, его слова совпали с тем, что Эрсанн чуть сжал сладко нывшую горошину, послав очередную волну ощущений по телу, и я на несколько мгновений выпала из реальности, оставшись наедине с эмоциями. Да-а-а-а, твоя тоже. Согласна, признаю, сдаюсь.
— Знаешь, — Лорес погладил золотистую паутинку, и низ живота охватила тягучая истома. — Хотел бы я посмотреть на тебя в этом без платья, и, пожалуй, чулочки можно было бы оставить…
Моментально вспомнила о подарке Эрсанна, и щеки залил румянец — ведь младший не в курсе, что его папочка презентовал мне. И зеркало… кажется, догадываюсь, зачем оно в моей спальне, да еще такое большое. Сдается, совсем не для того, чтобы я могла в полной мере оценить себя в платье.
— А вот сейчас снимем, — проворковал Лорес и дернул за ленточки.
М-мамочки. Одновременно он наклонился и коснулся губами живота над краем трусиков, и кожу словно обожгло от этого поцелуя. Язык пощекотал, я рвано выдохнула, дернувшись. Эрсанн крепче сжал мою талию, продолжая нежить грудь, и тихо шепнул:
— Ш-ш-ш-ш, Яночка, ну что ты?..
Словно дразня, Лорес медленно потянул кружево, стягивая по миллиметру, и так же медленно прокладывая узор из поцелуев все ниже… Мои колени сжались крепче, сердце скакнуло и забилось в горле. Кажется, мои подозрения имеют все шансы стать реальностью. И у меня всего несколько мгновений, чтобы свыкнуться с этой мыслью.
— Я-а-а-а-а-ан, — протянул Эрсанн, оставив ненадолго мою грудь и стянув ткань с плеча, совсем спустив лиф. — Ножки, милая.