— Конечно, м-милорд, я немедленно доложу о вашем приходе, — пропищала она и почти бегом бросилась к одной из дверей справа.
Я огляделась. Квадратный просторный холл, на деревянном полу — дорожка к лестнице сбоку, на стенах картины в рамах, в основном пейзажи. На столиках свежие цветы, все чистенькое, опрятное. Приют процветал, насколько могла видеть. Интересно, где сейчас воспитанники и воспитанницы? На занятиях, скорее всего. Вернулась горничная, вместе с ней высокая женщина с острым лицом и собранными в строгий пучок волосами. Платье приглушенного сизого цвета, а вот шея и плечи открыты довольно смелым декольте. Женщина заметно волновалась, это видно было по блестевшим глазам и нервной улыбке.
— Милорд, — она присела в реверансе, метнула на меня косой взгляд и заметила татуировку. — Доброго дня. Прошу в мой кабинет, — она сделала приглашающий жест и подошла к лестнице.
Лорес кивнул с бесстрастным видом, и мы направились за начальницей приюта. Наверху нас повели длинным коридором с дверьми, из-за которых доносился ровный гул голосов, или чей-то один, или вообще тишина — классные комнаты, как я предположила. Дошли до конца, остановились перед дверью с табличкой с именем — Герил Бертигис, — и хозяйка пригласила нас, распахнув ее.
— Прошу вас.
Внутри у окна, письменный стол с прибором для письма, бумагами, парой книг. Вдоль стен — полки с книгами и папками. В углу — место отдыха, диванчик и два кресла, столик. Нас усадили на диванчик, и госпожа Бертигис спросила, сцепив руки на животе:
— Что-нибудь принести, милорд? Вам или… вашей спутнице? — дама запнулась, не зная, как меня величать, и я постаралась сохранить такой же невозмутимый вид, как мой спутник.
Я пока сама не уверена, как ко мне обращаться и кто же я теперь.
— Яна? — Лорес посмотрел на меня, и я уловила в голосе мягкие нотки.
— Нет, спасибо, — отказалась я, чуть не растаяв под теплым взглядом и не разулыбавшись.
Мы в конце концов по делу пришли. Это дома можно нежничать, сколько угодно, а сейчас передо мной не Лорес, а его светлость главный следователь. Ну и, завтракала же недавно. Вместе с младшим Морвейном.
— Присядьте, я хочу задать вам несколько вопросов, — спокойно предложил Лорес госпоже Бертигис. — Как давно вы заведуете этим приютом?
— Двадцать пять лет, — с заметной гордостью ответила дама. — И пока нареканий нет, можете спросить кого угодно.
— Несомненно, — кивнул Лорес и продолжил. — Скажите, к вам много детей попадает?
Дама вздохнула и отвела взгляд.
— Увы, милорд, достаточно.
— У вас есть архив? Мне надо знать про определенных, близнецов, они у вас появились как раз двадцать пять лет назад в восемьсот одиннадцатом, может, припомните? Их вам подкинули в конце зимы, даже, наверное, в первых днях весны, мальчика и девочку. Совсем маленькие, новорожденные.
Женщина нахмурилась, взгляд стал отсутствующим. Потом кивнула, снова вздохнув.
— Знаете, как раз помню, я же только несколько месяцев работала к тому времени, и своих первых подкидышей всех помню, — на ее губах появилась грустная улыбка. — Да, их принесли через несколько дней после праздника Асстейны, в начале весны как раз.
Я отметила, что в таком случае, Лимер не двадцать пять, а двадцать четыре должно быть. Но пока промолчала.
— Что с ними случилось? — Лорес ничем не показал, что ответ его чрезвычайно заинтересовал. — Где они сейчас?
— Знаете, там странная история, — женщина побарабанила пальцами по подлокотнику кресла. — Через несколько дней за ними пришли. Оставили за них внушительную сумму, — тут щеки госпожи Бертигис слегка порозовели. — И забрали обоих детей, девочку на несколько дней позже. Я даже в документы не успела их вписать. Но запомнила, да.
— Понятно, — младший Морвейн все с тем же невозмутимым видом наклонил голову. — Вы точно помните, когда к вам принесли детей?
— Конечно, еще вьюга была, мело сильно, — уверенно ответила женщина. — Удивительно для начала весны, но это последний снег был, потому я и запомнила. Это в восемьсот двенадцатом году было.
— Что ж, благодарю, — Лорес поднялся. — Всего хорошего, госпожа.
Хм. Двенадцатом? А не в одиннадцатом? Мы вышли, снова сели на лошадь. Я вообще перестала понимать, что происходит. Забрали детей?.. И куда их? Причем, двоих? Лимер же в приюте Изина была совершенно точно.
— Задумалась? — негромко спросил Лорес, когда мы поехали дальше.
— Угу, — я кивнула. — Не сходится что-то ничего. Если детей обоих принесли сюда, а потом обоих же забрали, как Лимер могла оказаться в другом приюте? — я нахмурилась. — И денег много заплатили. Значит, не простой человек забрал.