— Д-доброе утро…
— Доброе, Яночка, — бархатным, ласковым голосом ответил Лорес и продолжил, не дав мне больше ничего сказать. — Отлично выглядишь, милая. Как спалось?
Ч-ч-черт, провокатор. Как, как… Крепко и без сновидений, спасибо твоему папочке. Отвела взгляд, чувствуя, как лицо уже горит, и направилась к столу, на ходу ответив:
— Х-хорошо…
Опять запнулась. Проклятое смущение. Эрсанн в разговор не вмешивался, но его молчаливое присутствие за спиной лично я ощущала слишком остро. Однако спокойно сесть на стул мне не дали. Лорес вдруг привстал, ухватил за руку и притянул к себе, усадив на колени. Крепко обнял, положив подбородок на плечо.
— Ян, ну хватит, в самом деле, что ты, как маленькая, — тихо, серьезно произнес он и коснулся губами щеки. — Мы вроде уже обсуждали тему обид и прочих ненужных чувств.
Да, целых два раза, с ним самим и с его отцом не так давно. Морвейны… Вы мне всю жизнь перевернули вместе с мозгом и мировоззрением. Сделали за месяц то, чего я не могла несколько лет, несмотря на консультации психологов и ворох теории по психоанализу себя, любимой. И мне придется дальше жить с новой собой, привыкать и к лордам, и к новому образу жизни, и… к новым мыслям. Ох, ладно. Начну прямо сейчас. Повернула голову к Лоресу, помедлив, положила руки ему на плечи и прижалась к его губам, стараясь не думать, что делаю и зачем. Просто поцеловала, как делала до этого, тот самый утренний поцелуй, ставший уже приятной привычкой. Подозреваю, одной из многих, которые заведутся в моей новой жизни. Младший лорд немедленно перехватил инициативу, и мелькнула мысль, что никто мне не даст играть активную роль в наших отношениях, ни в постели, ни в повседневности. Ну, может, чуть-чуть позволят пошалить, не более. М-м-м-м, а и хорошо, боюсь, до конца избавиться от застенчивости в некоторых вопросах вряд ли получится. Морвейны не раз говорили, что именно эта черта во мне сильно заводит, так что… мы нашли друг друга.
Лорес чуть отстранился, довольно улыбнулся и погладил меня по щеке.
— Вот и умница, — тихо произнес, и внутри как распрямилась туго заведенная пружина, сразу стало легко и спокойно.
После чего развернул к столу, придерживая одной рукой за талию, и я поняла, что завтракать придется на этом месте. На коленях Лореса. Спасибо, что хотя бы своими руками. Ведь мог вспомнить, как я его кормила, и в ответ устроить мне… На мгновение задержав дыхание, я храбро улыбнулась, не отводя взгляда от лица Эрсанна, поймала ответную усмешку, и он кивнул.
— Сегодня она твоя, Лор, — негромко произнес старший Морвейн, посмотрев на сына.
Возможно, кому-то эти слова показались бы обидными или оскорбительными. Но не мне. Наоборот даже, сердце сладко сжалось от скрытого смысла фразы, ведь Эрсанн наверняка имел в виду не только прогулку. А мне и радостно, все-таки в глубине души чувство вины не до конца отпустило. Хотелось загладить, что ли. Я потянулась к нарезанной тонкими ломтиками ветчине, положила на тарелку рядом с пышным омлетом, от вида еды аж слюнки потекли — оказывается, я основательно проголодалась. Губы его младшей светлости коснулись основания шеи, там, где чуть выступал позвонок, и у меня от неожиданности вырвался тихий возглас.
— Л-лорес, — возмущенно произнесла, отложив вилку. — Я есть пытаюсь, между прочим.
— Ешь, — невозмутимо отозвался он и обнял теперь двумя руками. — Я мешаю?
И снова теплое, ласковое прикосновение, уже чуть ниже. У меня вырвалось тихое рычание, а Эрсанн рассмеялся.
— Да, — огрызнулась я, волнение от действий Лореса существенно повысило температуру тела и отвлекло от мыслей о завтраке.
— Прости, — без капли раскаяния весело отозвался вредный лорд, и… провел носом вдоль позвоночника.
Так, понятно. Пошла в ход тяжелая артиллерия. То есть, спокойно покушать мне не дадут. Ладно, ладно. Нравится же. Эти маленькие нежности, теплые волны от каждого нового прикосновения, и на самой границе сознания — чуть-чуть нервное ожидание вечера. Как оно все будет? Что надеть?.. Как вести себя?.. Ой, Янка, рано думаешь. Еще только утро. Я вернулась к завтраку, и ласковые поцелуи Лореса открытой спины служили приятным дополнением, своеобразным десертом. С губ Эрсанна не сходила улыбка, он время от времени бросал на нас взгляд, в котором плескалась гремучая смесь нежности и мягкой насмешки. Ну чисто за детьми наблюдал… Уютная, домашняя обстановка в малой столовой, поведение этих двух мужчин, смывали последние остатки воспоминаний о прошлой жизни. И я тихо радовалась.